Канцлера Разумовского устраивало всего два варианта развития событий: где императором становился Федор или Григорий Романов, но никак не Дмитрий! И именно на эти планы в архиве были собраны тысячи документов. Там было расписано, как следует действовать в том или ином случае, как будет функционировать империя, вплоть до того, какие земли останутся внутри страны, а какие перейдут врагам.
Причем в случае с Григорием северные земли Российской империи перешли бы Великому Северному Союзу, ибо он не смог бы их удержать, и служба безопасности империи должна была помочь с принятием правильного решения. А если императором стал бы Федор, то эти земли отошли бы врагам частично, но империя расширилась бы в других местах.
И это только малая часть этих планов. Они разработаны на двадцать-тридцать лет вперед и затрагивают почти все отрасли, какие только можно. Эти планы начали разрабатываться еще при жизни прошлого императора втайне от всех, но с каждым годом количество верных людей Разумовского в службе безопасности увеличивалось. И сейчас канцлер фактически управляет большей частью этой службы.
Но самое страшное то, что сейчас император находится в полной конфронтации с начальником Тимура Васильевича. А значит в опасности находится не только канцлер, но и все его сотрудники.
Тимур Васильевич искренне надеялся, что скоро Разумовский придет и прояснить ситуацию. Но его мысли прервал звук глухого удара. Дверь слетела с петель, и в офис ворвался разъяренный Виктор Степанович. На его скулах от злости выступили желваки, а кулаки были сжаты.
Тимур Васильевич еще никогда не видел своего начальника в таком состоянии. А потому он сделал два шага назад, обратно к своему кабинету.
Разумовский осмотрелся и подлетел к одному из своих личных помощников.
— Ты! Ты был ответственным за Кодекс! — он схватил мужчину за грудки.
— Я… я не знаю, как так произошло, господин, — дрожащим голосом начал оправдываться помощник.
Ноздри Разумовского раздувались. Он был в ярости. И эти слова совсем его не устроили.
Он поставил помощника на место. А затем взмахнул рукой. Тыльная сторона руки попала по шее… И прошлась по ней, точно мечом. Магия Разумовского рассекла плоть человека. И голова скатилась на пол.
Тимур Васильевич вздрогнул, но не издал ни звука… Ему не хотелось попасть под раздачу.
— Кто отвечал за операцию по уничтожению Дмитрия? — кричит на весь офис канцлер.
Двое мужчин начинают убегать в сторону черного хода.
Но Разумовский лишь усмехается. С его пальцев срывается два энергетических сгустка. И через мгновение каждый из них попадает точно в цель.
Офис погружается в крики боли, но через секунду они стихают. А от двух, пытавшихся спастись, остается только пепел.
Разумовский встает посреди офиса и шумно выдыхает. Кажется, он немного успокоился. Задумался.
А затем озвучил приказ:
— Вы должны разработать план полного устранения Дмитрия Романова любой ценой. Даже если ради этого нам придется провести во дворец персов. Дмитрий не должен дожить до утра любой ценой! И Анастасия тоже подлежит ликвидации. Все ясно? — Разумовский посмотрел на Тимура Васильевича.
— Слушаюсь! — твердо ответил он и кивнул.
Я стою перед императорским троном, на котором сидел каждый из правителей Великой Российской империи. Каждый из моих предков… и каждый из моих потомков. Начиная, как бы иронично это ни звучало, с меня самого, когда я был Первым императором.
Ведь именно я построил этот дворец. Именно я приказал установить в тронном зале этот престол. И с тех пор он остался почти неизменным. Да, прошло уже шесть веков, но неспроста я заказывал его у лучших артефакторов Российской империи, магия укрепления сделала свое дело — трон не претерпел ни малейших повреждений.
Сейчас смотрю на него и не вижу ни единой потертости.
Сам я одет в парадные облачения. За моей спиной струится алая мантия, сшитая на заказ специально для сегодняшнего дня.
Удивительно, но я дошел сюда без новых происшествий. Никто не попытался меня устранить еще раз, хотя я был готов к покушениям и даже ждал их. Но враги на этот раз меня разочаровали. Видимо, ждут, когда пройдет коронация, чтобы потом явиться ко мне под покровом ночи… или же за ужином подмешать больше яда в вино. Хотя куда уж больше, если и раньше его не жалели! Но не удивлюсь, если они принесут мне графин полный отравы вместо вина… Как бы печально не было это осознавать, но и такое возможно.
Обернувшись, я окинул взглядом всех собравшихся в тронном зале. Конечно, людей было не так много, как на площади во время голосования, не сотни тысяч. В тронном зале присутствовали лишь аристократы, пожелавшие посмотреть на коронацию и принести почести новому императору. Но все же и их собралось немало.
Даже Эльбруки приехали специально ради этого события. Их было особенно приятно видеть среди этой толпы, как и моего давнего друга — Соломонова. Однако половина знати смотрела на меня с недоумением, будто и вовсе не понимала, что сейчас происходит.
