— Понимаю вас. Но у меня сейчас будет проходить встреча с правителем Австрии, после которой я готов буду переговорить с вами. Само собой, я не имею к возникшей проблеме никакого отношения — это могу вам гарантировать. Однако я до сих пор не могу понять, кто именно с этим связан, и что там происходит. Поэтому пока, увы, я не могу дать вам больше информации.
— Хорошо, Ваше Императорское Величество. Буду надеятся, что в ближайшее время вы сможете разузнать подробности, — выразил свое пожелание Лю Цзяньлун.
— Конечно. Уже этим занимаюсь.
На этом наш короткий разговор закончился.
А я заметил про себя, что Российская империя сейчас является настоящей загадкой не только для других стран, но и для меня самого. Здесь долгие годы каждый делал, что хотел. А потом правила игры резко изменились. Кто-то сбежал, кто-то умер… И после этих людей иногда всплывают вот такие вот сюрпризы.
Но со временем я со всем разберусь. Сколько бы не было сюрпризов, к каждому можно найти подход, и все решить. Другой вопрос — сколько ресурсов и времени на это потребуется? И к каким последствиям для империи это приведет в дальнейшем?
Когда мой самолет приземлился в Австрийской империи, я сразу отправился на встречу с Фридрихом Шестым. Мне уже доводилось недавно с ним встречаться, когда мы разрешали последствия, оставленные Виктором Степановичем Разумовским. Тогда он казнил некоторых граждан Австрии, желая спровоцировать конфликт с Российской империей. Но мне удалось сгладить его и договориться о передаче виновных.
Я зашел во дворец вместе со своей гвардией, которая прибыла со мной. Здесь не хватало только Кутузова. После морских сражений он выразил желание повоевать на суше, и я отправил его на границу с Персией. Для него там найдется много работы: и за армией присмотрит, и за аристократами. Уже не говоря о его великолепных навыках полководца.
Слуги Фридриха Шестого почтительно встретили меня и провели в кабинет австрийского императора. Гвардию же попросили подождать снаружи, но я не был против.
— Приветствую вас, Ваше Императорское Величество, — встретил меня Фридрих Шестой.
Я ответил приветствием согласно этикету, а затем присел в кресло напротив императора.
— В общем, Дмитрий Алексеевич, я буду с вами откровенен, — начал Фридрих Шестой без долгих прелюдий, что меня несказанно порадовало. — У империи дела сейчас идут не очень.
— А что у вас случилось, о чем я не знаю? — вскинул я бровь.
Так я намекал, что у меня в Австрийской империи хорошо развита разведка. Но Фридрих Шестой понял это еще по прошлой нашей встрече.
— У Российской империи, — его уголок рта дрогнул в ухмылке.
— А у нас все замечательно, — невозмутимо ответил я. — Воюем и побеждаем без особого напряжения.
Как дела идут на самом деле я, конечно, говорить не собирался. Но мне и не нужно, чтобы Фридрих Шестой знал обо всяких нюансах. Он должен видеть ту же картину, что и весь остальной мир.
— Наши аналитики и аристократы считают Российскую империю сейчас легкой добычей, — продолжил Фридрих Шестой, постукивая пальцами по столу. — Слишком легкой, чтобы этим не воспользоваться. Потому они обвиняют меня в слабости и нерешительности. А я сам и не против напасть. Однако мы с вами договорились о некоторой паузе.
Очевидно, что озвученная им причина откладывания войны отнюдь не единственная. И Фридрих Шестой чего-то явно недоговаривает.
— Если мы присоединимся к войне, то Российская империя не падет, но значительно уменьшится в размерах, — обозначил мне перспективы Фридрих Шестой.
— В короткой перспективе это возможно, — спокойно ответил я. — Но на дальнем горизонте Российская империя вернет свои границы, уверяю вас.
— Ну, так далеко мои аналитики не смотрят.
Хотя именно этим по сути они должны и заниматься.
— Можете поверить мне на слово, если бы японские, греческие и персидские аналитики смотрели на много шагов вперед, то сейчас у них явно бы не возникло проблем с флотом.
— Это минимальные потери для морских держав, — слегка усмехнулся Фридрих Шестой.
Так он показывал, что это достижение мало что значит. Однако Фридрих Шестой прекрасно понимал обратное, но пытался убедить меня в своей правоте. Вот только пока непонятно, зачем.
— Согласен, потери небольшие, — кивнул я. — Но не стоит упускать один важный момент. У японцев, греков и персов было в общей численности около семисот судов. А у Российской империи сколько? Ни одного. А потому мы сперва захватили японские корабли, потом греческие и персидские. На этих судах мы и воевали. Вот и вся разница.
Я понимал, куда ведет этот разговор, а потому вел себя максимально спокойно. Еще есть шанс избежать военного конфликта, если судить по поведению австрийского императора. К тому же, пока ничего существенного, кроме угроз, от него не последовало.
— Слушаю внимательно ваше предложение, — продолжил я.
Фридрих Шестой окинул меня взглядом. Немного выждал и уточнил:
— Какое предложение?
