— Вы правы, государыня. Ольга Фёдоровна за словом в карман не полезет. Полагаю, дуэль состоится в любом случае, и мы не сможем этому помешать. Закон на стороне француза.
— Есть идеи, кто нанял лягушатника? — Императрица, лихорадочно чиркнув зажигалкой, подкурила сигарету.
— Ватикан, Великий рейх, знатные рода империи — выбирайте на любой вкус. Иной раз я думаю, что на всём белом свете не осталось человека, который бы не желал смерти Ольге Фёдоровне. У девицы редкий дар — плодить врагов на ровном месте, — ухмыльнулся глава Тайной канцелярии.
— Какие у неё шансы против Дантеса?
— Ваше Императорское Величество, вы хотели сказать, какие шансы у француза против княжны? — хмыкнул Толстой.
— Поясни-ка, Петруша, что-то ты слишком спокоен! — сухо бросила государыня, вдавливая окурок в серебряную пепельницу.
— Я видел княжну в бою. Не зря барышню прозвали Ольгой Кровавой. У Дантеса нет ни единого шанса на победу, Нагая не человек, а демон во плоти, сегодня мы станем свидетелями падения одного из самых фартовых бретёров двух империй.
— Твои слова да богу в уши, князь. Смерть Нагой не входит в мои планы. Может, ликвидировать его по-тихому? — Императрица, прищурившись, пристально взглянула на главу ТК.
— По-тихому не выйдет — мало времени на подготовку, Ольга Фёдоровна почти на месте. — Пётр Андреевич открыл тактический планшет и ткнул пальцем в красную метку на карте Санкт-Петербурга. — Оперативники могли бы отработать по цели грязно, но у Дантеса дипломатический иммунитет, скандал в таком случае неизбежен.
— Нет, Петь, грязи не нужно, саммит «Великой пятёрки» на носу. Проблем и так предостаточно. Портал ещё этот, будь он трижды неладен, бельмом на глазу столицы торчит, — устало выдавила самодержица.
— Всё это звенья одной цепи, Ваше Величество. Насчёт предполагаемого поединка не стоит волноваться: Ольга справится без сторонней помощи. Беспокоит не это, а водоворот событий, затягивающий княжну всё глубже и глубже. Как бы она не утащила вас за собой.
— Короля делает свита, друг мой. Я не стану дистанцироваться. Довольно намёков. Если потребуется, империя встанет на защиту рода Нагих. Моё слово, князь!
— Анна, мы не потянем войну на три фронта. Дантес падёт, но явятся другие. Я обязан предупредить вас о начале большой игры! — наплевав на субординацию, взвился Толстой.
— Предлагаешь слить княжну? Петь… у меня три союзника: армия, флот и Нагая. Поверь на слово, друг мой, пяти лет не пройдёт, как девочка заменит собой имперскую рать.
— Вы заигрываете с дьяволом, государыня. Мы можем пренебречь потугами Великого рейха и пободаться с немчурой на равных. Не в первый раз. Но воевать с Ватиканом ради благополучия одного человека… — Пётр Андреевич, замявшись, промочил горло коньяком. — Рано или поздно придётся уступить Святому Престолу. Римскую империю мы не вывезем. Полномасштабные боевые действия обескровят Русь. Восточные соседи спят и видят, как бы урвать кусок пожирнее. Я не предлагаю поступиться княжной по первому окрику из-за кордона. Достаточно посвятить Ольгу Фёдоровну в рыцари короны, как мы планировали, мобилизовать и отправить на фронт. Там она проявит себя во всей красе. Послужит на благо отчизны. Отдать под её начало полк прожжённых головорезов, и пусть куражится в своё удовольствие.
— Пётр Андреевич, а чем ссылка разнится от предательства? Кто у нас воюет на монгольском направлении? Штрафники? Прожжённые головорезы, как ты выразился… и в эту мясорубку я должна отправить восемнадцатилетнюю девочку? Ну уж нет, друг мой. Ольга продолжит обучение, а ты займись делом. Перво-наперво выясни, кто стоит за Дантесом. Далее работай по ситуации. Я не собираюсь сражаться со всем миром, но и спускать диверсии на территории империи не намерена. Поторопись, князь, к завтрашнему утру доклад должен лежать у меня на столе. Даю санкцию на посещение медиума.
Когда до главы Тайной канцелярии дошёл смысл последней фразы, с аристократического лица схлынула кровь.
— Вы уверены, Ваше Величество? — не своим голосом просипел Пётр Андреевич.
— Ты не ослышался, Петруша. Не хотелось бы привлекать сестру, но у меня нет иного выхода. Нам нужна полная информация по противникам княжны и о её вероятной связи с инфернальным планом, за это я готова платить.
— Не слишком ли высока цена? Не руби сплеча, Анна, я сию секунду распоряжусь задействовать европейскую агентуру. Два-три дня — и спецы добудут нужные сведения. Это лишь вопрос времени, а насчёт пекла — побеседуй с княжной лично, ты ведь не пробовала! — Князь не заметил, как перешёл на неформальный тон, что случалось крайне редко, несмотря на приятельские отношения с самодержицей.
— Тут ты прав, не пробовала. Не успела я аудиенцию назначить, как девчонка со всех радаров пропала! И где только черти носили? — Лицо императрицы исказило недовольной гримасой, но женщина, справившись с эмоциями, взяла себя в руки. — Хорошо, Пётр Андреевич, убедил. Даю три дня сроку. Коли не справишься, придётся к сестрице на поклон идти, а сейчас ступай, мне нужно собраться с мыслями.
★★★
— Такое ощущение, что город вымер.
