— Моя дорогая, — рука в золотой латной перчатке приподняла подбородок принцессы, заставив ту взглянуть в бездну божественных глаз.
— Я обожаю тебя, я преклоняюсь перед тобой! Я пойду за тобой куда угодно и сделаю всё, лишь бы ты был счастлив!
Мысли золотой пылью клубились в голове принцессы, но она старательно транслировала то, чего от неё ждали. Грудь спёрло магическим напором. Бог попросту пытался сломить её, сделать безвольной покорной куклой, но она — принцесса рода, она текуча, как вода, и гибка, как лоза, она сама даст то, что он неё требуют.
— О, дорогая! — победно улыбнулся мужчина с птичьей головой и изогнутым мощным клювом. — Ты безмерно меня радуешь! Твои уста едины с твоим сердцем в своей вере! И я тебя вознагражу! Слушайся меня, и я возведу тебя на трон.
Латная перчатка отпустила подбородок принцессы и опустилась на плечо девушки, поддевая шёлк домашнего халата. Ткань соскользнула, обнажая ключицу, плечо, а после юную девичью грудь с розоватым ореолом соска.
— Мой повелитель, — тяжело задышала Мария, сглатывая слюну в пересохшем горле. — я не смела предложить…
— И правильно, милая. Лучший плод — недоступный. Но я вознагражу тебя, — тепло золотой перчатки накрыло грудь и чуть сжало её, — если всё сделаешь правильно, то не только возглавишь династию, но ещё и продолжишь её от бога.
Мария вновь присела в глубочайшем реверансе, позволив халату спасть и со второго плеча. Богу же пришлось разжать ладонь, отпуская свою последовательницу.
— Я сделаю всё, как прикажет мой повелитель!
Комаро и так, и этак крутил в голове мысль о предстоящих переговорах с Шакалом, но никак не мог найти удобоваримый вариант консенсуса, при котором ему бы поверили и не обманули. А потому напряжённая работа мысли вдруг выдала неожиданный вариант, но, как ни странно, довольно реалистичный для исполнения. Вместо Шакала Комаро отправился на переговоры к Солнечной Нэко.
Полукошка забилась на самый дальний выступ скалы, обернувшись в кокон из солнечного света, и не желала никого принимать.
— Вот так с самого совета… — прокомментировала её дочь с нотками злорадства. — Доигралась, интриганка херова! А ещё меня чему-то поучала!
С этими словами девушка вильнула кошачьим хвостом и рассыпалась солнечными зайчиками.
Комаро лишь хмыкнул и пошёл наводить мосты со смертельно обиженной на всех, кроме себя, богиней.
— Солнечная, выходи, у меня для тебя предложение, — сразу решил он перейти к делу.
Но сгусток света даже не покачнулся. Комаро игнорировали. Лишь обиженное сопение доносилось сквозь кокон.
— Солнечная, не дури, — тяжело вздохнул бог, — если не выслушаешь меня, потом будешь хвост кусать пару тысяч лет, а то и больше.
— Не буду! — фыркнула из-за завесы света всё ещё обиженная, но заинтересовавшаяся богиня. Всё же в её повадках было достаточно от кошачьих, хоть она и отказывалась это признавать. Но любопытство… Оно было общим как для кошек, так и для женщин.
— Будешь, будешь! Уж я-то знаю! Могу поклясться, что с таким предложением, как я, к тебе никто не приходил!
— Что, тоже пришёл позлорадствовать? — теперь в голосе богини прорвалось искреннее раздражение вкупе с обидой.
— Нет. Не вижу смысла, — Комаро пришлось проглотить все колкости, ведь он прекрасно помнил, как Нэко язвила по поводу уничтоженного не так давно рода Занзара. Ну да некоторые обиды можно было на время задвинуть и поглубже ради достижения цели. — Ваши высокоранговые игры с Кречетом меня не интересуют.
— Не вс-с-споминай при мне имя этого предателя! — рассерженной кошкой зашипела богиня, а солнечные лучи её гнева разлетались от кокона искрами.
— А что, если я подскажу тебе способ, которым ты мало того, что утрёшь ему клюв, но ещё и сможешь вернуть себе… — Комаро намеренно сделал длительную паузу, так что богиня не только развеяла кокон света, но и потянулась к нему всем телом.
— Что? — с придыханием ответила полукошка, выставляя на показ собственные женские прелести.
Комаро склонился к кошачьему ушку и прошептал:
— Грамм сама знаешь чего!
Солнечная Нэко впервые получала подобное удовольствие от простых слов. Тело её содрогнулось, шерсть встопорщилась, а глаза заволокло туманом. Но богиня быстро пришла в себя.
— Врёшь! Никто не расстанется добровольно с таким объёмом сам знаешь чего!
Комаро ехидно улыбнулся и вновь склонился над ушком вероятной сообщницы:
— Добудь для меня схему конструкта проклятия, некогда наложенного на земли Отступницы, и адамантий твой!
Солнечная Нэко принялась обдумывать выставленное условие. Хвостик её нервно подрагивал, ударяясь о выступ скалы.
— Слишком много рисков… зачем бы она мне…
— Месть, дорогая! Банальная месть! Ты захочешь наложить подобное проклятие на земли вновь созданного рода Эсфес. Малюсенький островок накрыть проклятием проще, чем огромные территории.
— Да Эсфес меня по скале размажет за это! — шерсть полукошки встала дыбом и заискрила. — Ты смерти моей хочешь?
