ФИНАЛ Нелегко оказаться главой последнего рода оборотней. Да еще держать это в тайне от отца, который считает, что мы должны забыть прежнюю жизнь. Черта с два! Я чту древний Кодекс, изучаю колдовство и не собираюсь жить как обычные люди. Тем более, что в окрестностях пробудилась аномальная магия и в наш городок со всей страны съехались семейства могущественных магов. Да и внезапно объявившийся некромант подливает масла в огонь. Управление магической полиции уже гудит как рассерженный улей, разыскивая источник магической угрозы. Что ж, придется мне всё это разгребать. Главное, не забывать про полнолуния…
Annotation
Нелегко оказаться главой последнего рода оборотней. Да еще держать это в тайне от отца, который считает, что мы должны забыть прежнюю жизнь. Черта с два! Я чту древний Кодекс, изучаю колдовство и не собираюсь жить как обычные люди.
Тем более, что в окрестностях пробудилась аномальная магия и в наш городок со всей страны съехались семейства могущественных магов. Да и внезапно объявившийся некромант подливает масла в огонь. Управление магической полиции уже гудит как рассерженный улей, разыскивая источник магической угрозы.
Что ж, придется мне всё это разгребать. Главное, не забывать про полнолуния…
Кодекс Оборотня — 3
Кодекс Оборотня — Книга 3. Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Кодекс Оборотня — 3
Кодекс Оборотня — Книга 3. Глава 1
Мистер Дойл всегда приходил на работу раньше своего секретаря. Минут на пятнадцать. Он вошел в свой кабинет, щелкнул выключателем, но свет не загорелся. Он еще раз несколько раз пощелкал. Потом шагнул вперед, к новому столу, наощупь нашел лампу. Зажегся свет.
— Кто задернул шторы? — с недоумением пробормотал он, собираясь сесть в кресло.
— Не раздавите меня, господин директор! — раздался за его спиной писклявый голосок.
Мистер Дойл развернулся и ошалело уставился на маленькую девочку в розовом эротическом белье.
— Вы сказали, что накажете меня за то, что я плохо учила уроки! — продолжила карлица. — Только не делайте мне так больно, как в прошлый раз!
Брон Дойл попятился. Дверь в кабинет захлопнулась, и, наконец, зажегся яркий свет. Директор выпучил глаза — все стены кабинеты были заклеены порнографическими фотографиями. Он рванул на себя ручку. Но я ее заблокировал со своей стороны, заперев и сломав замок.
— Улыбайтесь, мистер Дойл! Вас снимают на камеру.
— Конмэл! Я тебя убью, Конмэл! Немедленно открой дверь и прекрати это!
— Да все только начинается! — недобро посулил я и кивнул Грину.
Тот поднял трубку секретарского телефона, набрал номер полиции.
— Помогите, пожалуйста! — плаксиво, изображая девочку, залепетал Грин. — Меня хотят… изнасиловать! Я в школе, в кабинете директора.
И бросил трубку.
— Смываемся!
Мы выбежали из секретарской. На стену школьного холла, заполненного учениками, проецировалось видео из кабинета директора. Без звука. Вместо него мы запустили зажигательную песенку «Будь ведьмой». Картинка на этом музыкальном фоне казалась прекрасной. И все взгляды были прикованы к ней.
Карлица, забравшись на директорский стол, крутила задом и шлепала себя, облизывая по-детски пухлые губы и хлопая ресницами. Бедный, вспотевший мистер Дойл пытался ее поймать и спустить со стола. Когда ему это, наконец, удалось, он не рассчитал, что «девочка» окажется достаточно тяжелой, и не удержал ее. Оба они рухнули на пол и покатились по ковру.
Я заржал — ворвались взломавшие дверь полицейские и на миг застыли на пороге с гримасой отвращения. Но потом решительно шагнули к директору, вздернули на ноги, оторвав от него заплаканную карлицу, надели ему наручники. За их спинами вспыхивали вспышки фотокамер. Журналистам мы с Грином позвонили еще раньше.
Скандал вышел грандиозным. Но только к вечеру следующего дня на пороге нашего дома появился капитан Мёрфи.
— Привет, Руари, — произнес он. — Фалви в отъезде, а я решил пока никому из Управления не сообщать.
— Чего? — поинтересовался я.
— Ну ты оторвался, парень… — произнес Мёрфи, качая головой, то ли с неодобрением, то ли не зная, как к такому факту относиться. — Будь я проклят, не пожелал бы, чтобы надо мной кто-то так «подшутил».
— Я вам зачем?
Мёрфи уставился на меня.
— Мистер Дойл говорит, что все это подстроил ты.
— Неужели?
— Доказательств нет, Руари, если ты сейчас ведешь к этому. Проститутка ничего не помнит. Тебя по фото не опознала. Если не подтвердишь, что это сделал ты, то… это окажется всего лишь ужасно неприятный скандал, который, скорее всего, будет стоить Брону Дойлу места и карьеры.
— Я ничего не делал, — жестко произнес я.
На лице Мёрфи промелькнуло удивление, словно он ожидал услышать от меня другое.
— И еще… он просил поговорить с тобой.
— Директор?
— Да. Я могу набрать его номер. Телефон ему оставили. Если ты признаешься, тебе ничего не будет, Руари. Ты знаешь. Поговоришь?
— Давайте.
— Мистер Дойл, это Мёрфи. Да, я даю ему трубку.
— Руари? — услышал я взволнованный голос директора.
— Добрый вечер, мистер Дойл.
— Руари, я знаю, что это сделал ты. И ты это тоже знаешь…
— Что-то я вас плохо слышу, мистер Любитель Карлиц!
— Конмэл! Черт тебя побери, Конмэл!
— Или вы говорите, что хотели, или я жму отбой.
— Ты признаешься, что это сделал ты.
— Нет.
— Руари, ты не понимаешь! Школа для меня — все!
— И вы из нее меня выгнали, — напомнил я.
— Я отменю свое распоряжение!
— Не стоит. Меня это теперь устраивает.
Он минуту молчал в растерянности.
— Но тебе ведь нужен диплом об образовании!
— Может быть.
— Чего ты хочешь? — сдался он.
