Кажется, я застану конец этой Вселенной. Невиданное дело! Боги объединяются в коалиции! А у меня теперь есть своя группа поддержки из трех сисястых… гхм… я хотел сказать - сильных богинь!А еще у меня есть дочь и ей нужно найти сильную няню. А еще - есть невеста и нужно сыграть свадьбу. А еще - Бухич куда-то спетлял, никого не предупредив. А еще…Нет, что отпуска мне не видать и в этой жизни я уже практически смирился. НО МОЖНО МНЕ ХОТЯ БЫ ВЫХОДНОЙ?!
— Готово! — с удовлетворением сказал Мудрейший, прислушиваясь к своим ощущениям. — Настало время мести.
— Ты уверен? — настороженно поинтересовался Морфей.
— Абсолютно уверен, — кивнул Мудрейший.
— Ну а теперь осталось выбрать, кто из нас будет воплощаться, — Морфей осторожно посмотрел на странно молчащего Неназываемого и на Мудрейшего. Однако и у того, и у другого на лицах появились весёлые улыбки.
— Так мы уже выбрали, — прогудел Неназываемый.
— И кого?
Если бы у Морфея было сердце, оно бы явно ёкнуло от плохого предчувствия.
— Очевидно, что это ты! — сказал Неназываемый. — Ты же у нас косячник.
От этих слов Мудрейшего перекосило.
— Косячник… Я чувствую, вы долго от жаргона этого мира отходить будете, — он повернулся к Морфею. — Но брат прав. Ты накосячил, тебе и исправлять.
— Но я… — начал Морфей, судорожно пытаясь придумать достойную отмазку. — На меня же Охотники давят. Миры захватывают. Мне нельзя сейчас отлучаться.
— На всех давят, — успокаивающе сказал Мудрейший.
— Но Охотники… — опять попытался Морфей.
— Ко мне Морана Червя отправила, но я же не скулю, — нахмурился Неназываемый.
— Так ты и не идёшь в Запретный Мир, а здесь остаёшься, — возразил Морфей.
— А нечего было косячить, — снова нахмурился Неназываемый, выпуская ауру.
Морфей выпустил свою, и Мудрейший всполошился.
— Так, хватит, хватит! Это не обсуждается. Предательство должно быть как-то наказано.
— Но предательство — это нормально, — попытался в последний раз отмазаться Морфей. — Вы все так делаете.
— Да, мы все так делаем, — сказал Мудрейший, — но попался только ты. Так что разговор окончен. Знаешь, что делать?
— Знаю, — уныло сказал Морфей.
— Но я всё-таки повторю, — сказал Мудрейший. — Это запретный мир. Мы никогда ещё так не делали. Поэтому во избежание в полную силу туда не пойдёшь. Но пятьдесят один процент своей силы отправить туда придётся. Иначе наша затея просто не сработает. Это ясно?
— Угу! — уныло ответил Морфей, готовясь к самому худшему.
— Но может, всё-таки отправим на разведку? Посмотрим, что там. Почему никакого отклика нет.
— А кого мы туда отправим? — развёл руками Мудрейший. — Наши твари не возвращаются. А сами мы туда пройти не можем.
— Да что ты ссышь? — снова вмешался Неназываемый. — Это же ожидаемо. Божественный щит из трёх стихий. Такого никогда не было. Конечно, там сейчас в эфире творится хрен знает что. Для этого мы туда и посылаем тебя, чтобы ты разобрался. И захватил этот мир.
— Ага, только при этом сорок девять процентов меня остаётся здесь. А надзирать за этим будете вы. В полной силе.
— Такова жизнь, друг мой, — развёл руками Мудрейший. — Да и находимся мы в твоём царстве, если ты не заметил. А дома, как говорится, и стены помогают. Да и что может пойти не так, в конце-то концов?
Морфей открыл рот, чтобы сказать, что с этим Запретным Миром может пойти «что-то не так» примерно всё, но уже собрал в кулак остатки достоинства и решил больше не позориться перед собратьями.
— Хорошо, я готов, — сказал он.
— Тогда вперёд, брат мой, — пафосно сказал Мудрейший. — Иди и уничтожь этого Охотника, и захвати нам Мир.
— Уничтожить Охотника! — расплылся в улыбке Морфей. — Знали бы вы, как эта мысль меня радует.
— Ну так давай, иди, радуйся на той стороне, — проворчал Неназываемый.
Морфей продемонстрировал Неназываемому один интересный жест, который он подсмотрел также в этом запретном мире, который выглядел как оттопыренный средний палец на пятипалой конечности. И с улыбкой шагнул в портал.
— Ого! — сказал Неназываемый, услышав отклик.
— Угу, — сказал Мудрейший. Он тоже понял, что с той стороны что-то творится, но картины всё ещё не было видно, а что там происходит, они понятия не имели.
Проекция их друга, точнее, сорок девять процентов от их друга, которая замерла здесь перед порталом с закрытыми глазами, внезапно начала бить крупная дрожь. Глаза открылись, зрачки укатились куда-то вверх, оставив одни белки. Его трясло. И он издавал какие-то странные звуки, типа «Ы-ы-ы».
— Твою мать! — сказал Неназываемый. — Может, рубанём портал? — он секундочку подумал и добавил: — К хренам.
— Не можем, — сказал Мудрейший. — Это так не работает. Вселенная заботится о богах и защищает от подстав. Иначе мы бы давно друг друга располовинили. Нет, он должен вернуться обратно.
Мудрейший секунду подумал и добавил:
— Ну, по крайней мере, какая-то его часть.
Вдруг портал вспыхнул яркой вспышкой невероятной силы, которая отбросила двух богов в сторону. Оттуда выскочила тень их товарища, и с рёвом боли и ужаса соединилась со своей частью.
— Ы-ы-ы… — заревел Морфей с новой силой.
— Что там, брат? — первым вскочил на ноги Мудрейший.
— Гидра! Чёртова гидра! — безумно орал Морфей. — Драконы! Демоны! Элементали!
Он яростно вращал глазами и снова заорал «Ы-ы-ы…». Правда, на этом крике, ровно на середине, он упал навзничь без чувств. Мудрейший и Неназываемый подошли к своему бесчувственному собрату.
