Были и иностранные гости, которых я приглашал точечно, после того, как Хрулёв, Глыба и Пушкин дали мне утверждённый список. Ну и мой Род также был представлен: Ратник, который наконец привёл Легион на отдых после тренировки; конечно же, Волк; Дима Москаленко, что сменил нового Императора Драконов на должности командира моих разломщиков; ну и, конечно же, Один.
Некоторые из зарубежных гостей первый раз видели моего крысиного самурая и бросали на него заинтересованные взгляды. Один же сидел с ровной спиной, полуприкрыв глаза. Кажется, он медитировал, чтобы не терять времени в ожидании переговоров.
А вторая часть длинного стола была занята лучшими учёными этого мира — учёными, которые изучали аномалии. Да, конечно же, здесь присутствовал Арнаутский и Крендель. Ну то есть Василий Иванович Сорокин, конечно же!
Кренделя уже некоторое время не называли иначе, кроме как так уважительно и по имени-отчеству. Бывший гопник стал признанным учёным, за идеи и труды которого боролись все мировые университеты. Да, это не шутка, я лично видел несколько приглашений на лекции и даже уже сам хотел вытолкнуть его из своей лаборатории, но он пока сопротивлялся, оправдываясь дедлайном и отсутствием такой возможности. Наверное, я уже смирился с тем, что достать его из своей норы, называемой лабораторией, можно только силой. Силой же придётся его заставить отдыхать. Главное, чтобы он не умер от разрыва сердца, когда сообразит, что не в состоянии заниматься любимым делом пару дней.
В общем, настала пора поговорить о Разломах и Эпицентрах серьёзно.
После взаимного приветствия в зале погас свет, закрылись тяжёлые шторы и включился проектор. Картинка, которая транслировалась на экране, была доставлена прямиком с моей головы. Пришлось очень постараться и потратить много времени, пока Крендель сумел сделать то, что мне нужно было, а именно — устройство для записи моих воспоминаний через Сферу Памяти. Ну, по крайней мере, нам это удалось.
Я выгрузил свои воспоминания в память прибора, несколько раз отредактировал, и прямо сейчас на экране появились эпичные сцены сражений давно минувших лет: сражения Пустоты со всем живым, с объединённой армией Многомерной Вселенной.
Воспоминания были неполные. Я тогда был молодым Охотником и успел застать уже окончание драки, когда мой Орден и его союзники окончательно выдавили Пустоту из нашей Вселенной. Основной накал борьбы, а также, к сожалению, и основные потери пришлись на поколения Мака и Дэна, когда Орден Охотников потерял огромное количество опытных братьев, оказавшись на грани исчезновения. Старый Мак очень не любил рассказывать о том времени, ограничиваясь фразой: «Мы всё-таки справились». Очень неоднозначная фраза, не показывающая всего трындеца, который пришлось пережить в тот момент Вселенной. Но факт остаётся фактом: мои братья и союзники справились.
А прямо сейчас я показывал, как они это сделали. Ролик был небольшой, всего на час. Я показывал нужные куски и комментировал происходящее.
Когда проектор погас и шторы снова поднялись, солнце озарило задумчивые лица сидевших. По взглядам, которые они кидали на меня, был виден один-единственный вопрос: «ЧТО ЭТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ⁈» Да, вот так, большими буквами. Я бы тоже офигел.
— Господа… — я на секундочку замолчал, обведя зал и увидев присутствующих женщин (да, женщины были как среди учёных, так и Истребителей), — и дамы! — поправился я. — Только что вы увидели виновника появления Разломов и Эпицентров в нашем мире. Как вы видели, Пустота пожирала целые миры. К счастью, как недавно выяснилось, не безвозвратно, просто выкидывая их за изнанку Вселенной. Оттуда мои… бра… — тут я на секундочку сбился, понимая, что надо рассказывать всё, да всё-таки не всё, уж слишком разные здесь были уши. — В общем, одни добрые люди уже возвращают миры обратно во Вселенную.
— Возвращают миры обратно во Вселенную! — в благоговейном ужасе произнёс один взъерошенный учёный, который сидел рядом, недалеко от меня.
— Что, простите? — уточнил я.
— Ничего-ничего, господин Галактионов. Это просто звучит очень фантастически. Но вы прекрасно нас подготовили. Извините, что перебил, я вас внимательно слушаю. Слишком… это необычно.
— Хорошо, — кивнул я. Я действительно долго их готовил к этой встрече, объясняя, что-то, что они увидят, будет совсем не тем, что перевернёт всё их мировоззрение.
На самом деле, я давно принял это решение. Кодекс уже был в этом мире. Рано или поздно мир войдёт в Многомерную Вселенную, и знания об этом нужно постепенно доносить до жителей мира. А кто лучше это сделает, чем лучшие воины мира и самые умные учёные?
