Сквозь туман начал проступать качающийся силуэт, с походкой перебравшего на праздниках крови с четырьмя промилле, вампира.
— Фух! — выдохнул Мрак, кидая нож. Тот лениво, в моём ускоренном восприятии, разок обернулся вокруг центра тяжести и воткнулся нашему встречающему, прямо в лоб.
— На будущее, — говорю, смотря сквозь щит на остановившегося на границе тумана монстра, — лоб, это самая прочная часть человеческого тела. У нас тут явный зомби, поэтому с протыканием подгнившей кости проблем нет. Но в живого антропоморфного противника стоит целиться чуть ниже. Проще всего, в центр головы.
— Понял, — Марк взял копьё на изготовку, замерев, прикрывшись щитом.
Из тумана всё-таки вывалилась… мёртвая медсестра с ножом, сделавшим ей посмертную лоботомию. Хотя, судя по внешнему виду, это не входило даже в первую десятку её проблем.
Для начала, кто-то разрезал ей рот. Буквально до ушей. А потом зашил его чёрной ниткой. Также были зашиты и глаза. Заляпанный, явно не её кровью, плохо застёгнутый медицинский халат, не скрывал ещё одного зашитого шва на шее, показывающего, что голова и тело принадлежат разным женщинам. К этому добавили парик, нет, скальп с длинными, до груди, светлыми волосами, прибитый к голове простыми гвоздями. Причём большая их часть осталась торчать на три-четыре сантиметра наружу. Судя по всему, нож был не первым предметом, попавшим ей в голову.
— Её не очень беспокоит мой нож, — начал косплеить Капитана Очевидность Марк. — Это какой-то неправильный зомби!
— Это блондинка, — пояснил я. — Ты не задел её мозг.
— Как это, не задел мозг? — Марк довольно профессионально занял место слева и чуть сзади меня, готовясь под моим прикрытием нанести выпад копьём.
Зомби-медсестра почему-то не спешила нас атаковать, чем нарушала ещё один общий закон всех зомби, которые, почуяв живого, сразу переходили в состояние каптёра российской армии, услышавшего: «Чужое. Халява. Взять, взять!» Вместо этого она стояла, пошатываясь, и что-то искала в карманах.
Происходящее мне откровенно не нравилось, но я пока не могу понять чем. Нет, само по себе непонятное поведение напрягало и взывало к осторожности, но было что-то ещё, что я не мог ухватить. А потому остановился метрах в пяти. Очень не хотелось отдавать инициативу, но и повторить опыт самоуверенных клановых придурков, которые должны были её сразу атаковать, не хотелось.
Если бы я был один, то отступил бы, выманивая противника на себя, подальше от непонятного тумана, но командир не должен отдавать приказов, которые будут непоняты подчинёнными. Особенно в боевой обстановке. Посему нужно пояснить Марку, чем именно мы тут занимаемся.
— Поймали как-то учёные блондинку, — начал объяснять я, изо всех сил сканируя аурой вышедшего на вечный отдых медицинского работника. — Решили изучить, как работает у неё мозг. Вскрыли череп, а там пустота. Только поперёк головы ниточка натянута. Обрезали её, а у неё уши отвалились.
Марк хрюкнул от неожиданности. Да, знание иномирных анекдотов сделает любого попаданца душой компании.
— Зомби же используют мозг для формирования трупного кристалла. Но это не обычный зомби, а созданный кем-то кадавр. Такие монстры должны быть в более высоких аномалиях. Значит, её уровень искусственно понижен. Кем и для чего? Тебе ничего не кажется странным в её движениях?
— Она как будто резиновая кукла, наполненная водой.
Точно! Вот кого мне напоминала её вихляющая походка. Ту пузатую тварь их Сайлент Хилла, блюющую кислотой.
Между тем медсестра нашла-таки в грудном кармане скальпель и поднесла его к лицу.
— Отходим!
Начинаю быстро пятиться, прикрываясь щитом. Марк, не задавая вопросов, делает то же самое. Мертвечиха, уверенной рукой быстро перерезает сшивающие рот нити и делает в нашу сторону движение, каким тюлени ловят мяч на нос. Из громадного, разверзнутого от уха до уха рта на нас вылетела чёрная, размером с её голову, капля.
Я поймал её на центр щита, отчего та расплющилась, прилипла к нему и начала заливаться за края по всей окружности. Быстро отбросив щит подальше, я отошёл за спину Марку, что готовился принять на щит вторую атаку.
Медсестра снова распахнула рот, и когда в нём показался чёрная поверхность второго плевка скверны, в неё вонзился мой нож.
Я тоже небольшой мастер токэндзюцу, но с контролем полёта с помощью аурного щупальца, это и не нужно. Нож вошёл туда, куда я и хотел. Чёрный пузырь, едва показавшись, лопнул прямо в глотке, брызнув и на лицо. И тут же обхватил его, как голодная личинка Венома.
Мы отступили уже метров на пятнадцать. Но и отсюда прекрасно видно мой растворившийся в чёрной луже щит, и то, во что превращается исполняющая на спине танец в стиле агонизирующего брейк-данса, извращённая версия Макса Фрая. Тот тоже любил плеваться ядовитой кислотой, но не переходил черту, за которой обиженный интеллигент меняет пол и превращается в…
— Да, — с уважением сказал Марк, сбивая меня с мысли. В голове почему-то вертелась фраза про элегантные шорты. — Теперь я понимаю, что такое убийство с особой жестокостью!
