Несмотря на то что этот план казался самым лучшим при данных обстоятельствах, когда сапог Алекса коснулся мраморного пола холла, все надежды на быстрый успех исчезли без следа. Входная дверь отворилась, и вместо Генри, который должен был прийти и осведомиться о его дальнейших пожеланиях, Алекс, к своему ужасу, увидел кузена Хьюберта Денфорда и его жену, леди Лилит, стоявших при виде непристойной картины с разинутыми ртами.
«Только не Хьюберт!» – чуть не застонал Алекс. Почему из всех его родственников именно Хьюберт и леди Лилит должны были прибыть как раз в такой момент?! От его остальных жадных кузенов и расточительных родственников можно было легко откупиться, но только не от Хьюберта.
– Я пытался доложить вам, милорд, – произнёс Симмонс со своего поста у двери.
Леди Лилит что-то неодобрительно пробормотала при открывшемся перед ней возмутительном зрелище. Хьюберт постарался изобразить такое же осуждение, как и его жена, хотя был не против получше разглядеть ноги и согнутую спину Эммелин. В глазах Хьюберта светилась та же алчность, которая проявлялась со всей откровенностью, когда дело касалось баронетства Седжуика. Хьюберт был следующим претендентом на титул и любил довольно часто напоминать об этом всем. Его наглость была одной из главных причин, по которым Алекс выдумал жену, чтобы только не позволить своему родственнику чувствовать себя чересчур уверенно в положении бесспорного наследника.
Но когда взгляд Хьюберта стал блуждать по телу Эммелин, Алекс снова разозлился. Разумеется, она не была его женой, но Хьюберт-то этого не знал. Опустив Эммелин, Алекс быстро загородил её своим телом, надеясь спрятать от посторонних взглядов.
– Кузен, – сказал Хьюберт, – мы не знали… то есть мы никогда бы не вторглись…
– О, кузен Хьюберт, – пропищала Эммелин, выглядывая из-за спины Алекса, – я же говорила вам, что дорогой Седжуик не будет возражать, чтобы вы и леди Лилит оставались со мной. Семья прежде! Не так ли, любовь моя?
Она положила руку Алексу на плечо жестом супружеской интимности, который сейчас был ему совершенно ни к чему – особенно когда её гибкое тело прижималось к нему. Но если она полагала, что обаяние и роскошные формы тела спасут её, то она заблуждалась – глубоко заблуждалась. Тем не менее он чуть отодвинулся от неё.
– Как вам понравилась опера, кузен? – спросила Эммелин. – Не знаю, что на меня нашло, когда я отказалась от вашего радушного приглашения.
«Кузен? – Не поверив своим ушам, Алекс взглянул на неё. – Сколько же времени Денфорды находятся в моём доме?»
– Вы могли бы сделать её более сносной, – ответил ей Хьюберт. – Всегда приятно пригласить кого-то с собой, верно, Лилит? Так как я не понимаю большей части этого кошачьего мяуканья и…
– Седжуик, – леди Лилит не была столь дипломатичной и перешла прямо к сути, – предполагалось, что вас здесь не будет.
– Да, совершенно верно. Однако новые дела неожиданно привели меня в Лондон.
– Новые дела? – В глазах Хьюберта вспыхнул интерес. – Может, поделишься со мной, а, Седжуик? Всегда ищу подходящую возможность разбогатеть.
«Скорее ищешь возможность сесть мне на шею и занять положение в обществе, которое тебе вовсе не предназначено», – был ответ, который Алекс проглотил, а вместо него сказал:
– Ерунда, которая, боюсь, не принесёт прибыли. – За это он получил в спину не по-женски сильный толчок и непроизвольно шагнул вперёд, а Эммелин, глядя на кузенов, пожала плечами, как будто была совершенно ни при чём.
Хьюберт с подозрением многозначительно свёл вместе густые брови, и Алекс понял, что кузен теперь будет ещё настойчивее стараться проложить себе путь в эти «новые дела». Он очень надеялся придумать что-нибудь, позволяющее отвлечь кузена, и удерживать его как можно дальше от Эммелин.
После нескольких мгновений неловкого молчания обстановку разрядила леди Лилит:
– Боюсь, мы явились не вовремя, так что оставим вас вдвоём с… с…
– С нашим полуночным ужином, – завершила фразу Эммелин. – Седжуик приехал совершенно изголодавшимся.
Последнее слово она произнесла протяжным, мурлыкающим тоном, словно намекала, что пища, которую искал её муж, будет найдена не в кухне.
– Тогда оставим вас с вашей… с вашей пищей, – сказал Хьюберт и взял жену под руку.
Леди Лилит бросила ещё один уничтожающий взгляд на молодую пару и, проходя мимо, старалась держаться подальше. Дочь обнищавшего графа, леди Лилит обладала запасом надменности, достойным герцогини, и талантом к сплетням, свойственным базарной торговке.
Алекс закрыл глаза. Теперь вся семья будет не только считать эту женщину его женой, его Эммелин, но и слушать россказни об их распутстве.
«Прямо в холле, представляете? – уже слышал он возмущённый голос леди Лилит. – На глазах у слуг!»
– Мы увидим вас за завтраком? – весело окликнула их Эммелин.
– Думаю, более уместен вопрос: будете ли там вы и мой кузен? – неучтиво усмехнулся Хьюберт.
Фыркнув, леди Лилит потянула мужа на последнюю ступеньку лестницы, и они скрылись из виду.
