Случайный поцелуй повесы и ловеласа Джека, лорда Тремонта, погубил репутацию юной Миранды Мабберли и заставил девушку покинуть высший свет.И вот теперь, годы спустя, когда Миранда стала провинциальной учительницей и наконец-то забыла печальное прошлое, на пороге ее дома вновь появился Джек!Чего хочет этот дьявол?Вновь разбить жизнь девушки, так жестоко скомпрометированной?Или открыть ей двери в мир страстной любви, блаженства и счастья?
– Нет уж, – оскорбленно фыркнула леди Оксли. – Наверное, есть вещи похуже, чем брак с дочерью простолюдина, но я и думать об этом не желаю. Наша родословная будет навечно запятнана.
Сидевшая рядом герцогиня Шевертон от души согласилась:
– Я опасаюсь за вашу репутацию, милочка, очень опасаюсь.
– Утешает только то, что она училась в школе мисс Эмери.
– У мисс Эмери, говорите? – Герцогиня с головы до ног окинула взглядом девушку, о которой шла речь, словно проверяя качество товара. – Пожалуй, она слишком юна, вы не находите? На мой взгляд, она неопытна и наивна.
– О да, выглядит она наивной, – громко заявила леди Оксли, не обращая внимания на возмущенные взгляды зрителей, слушавших оперу. – Остается надеяться, что все обойдется. Господи, все эти пройдохи торговцы не так опасны, как их дочери. Больше всего меня страшит, что Оксли женится на простолюдинке и выяснится, что она падшая. Боже, какой позор!
«Падшая».
Слово прогремело на всю ложу.
Мисс Миранда Мабберли, объект этих пересудов и подозрений, готова была сквозь землю провалиться. Ее щеки вспыхнули от стыда и возмущения, но не из-за обличений будущей свекрови. Ей было жаль родителей. Супруги Мабберли, сидевшие в ложе графини, слышали, как треплют их доброе имя.
«Падшая»! Да лучше уж, чтоб так и было.
Вздохнув, Миранда попыталась сосредоточиться на перипетиях оперного сюжета, а не на том спектакле, который устроила в своей ложе леди Оксли. Эта особа не первый раз обсуждала на публике нареченную своего сына и, должно быть, не в последний.
Но одно слово все еще звенело у Миранды в ушах. «Падшая».
Это несправедливо! Несмотря на мнение леди Оксли, она порядочная девушка. Не говоря уже о том, что окончательное падение лежало далеко за пределами ее понимания.
Мать незаметно подтолкнула Миранду локтем и прошептала:
– Все хорошо, девочка моя, улыбайся. Через неделю ты станешь графиней.
Миранда изо всех сил старалась растянуть губы в улыбке, но это давалось ей нелегко. Мать же буквально сияла от восхитительных перспектив. Этот брак превосходил самые радужные надежды миссис Мабберли. Ее супруг, богатый, как Мидас, торговец, напротив, не ждал ничего хорошего от союза единственной дочери с высокомерным аристократом.
Но за всеми этими дебатами, расчетами и обсуждениями социального неравенства никто не удосужился поговорить с Мирандой.
Это ее замужество, ее жизнь, твердила она своим помешанным на титулах родителям, лорду Оксли, поверенным, банкирам, многочисленным кредиторам графа. Но никто ее не слушал. Всех устраивал этот финансовый союз.
Неужели в этом водовороте дел никого не интересовало, что именно она выходит замуж за Оксли? Возьмет его фамилию. Будет жить в его доме. И, передернув плечами, Миранда подумала о логическом продолжении – станет делить с ним ложе.
Нельзя сказать, что брак с графом был ей неприятен. Миранда сознавала свой долг перед семьей. Ради этого ее отправили к мисс Эмери, в школу для благородных девиц. Но союз именно с этим графом Миранда считала отвратительным.
Молва гласила, что графы элегантны и очаровательны в любой ситуации, манеры их безукоризненны. Они безупречные джентльмены и даже немного герои.
Неужели общественное мнение ошибалось?
Граф Оксли не обладал ни одним из приписываемых аристократам достоинств.
Пока его матушка во всеуслышание оплакивала мезальянс, граф, сидя рядом с будущей женой, громогласно хвастался, что у него теперь есть маленькая богатая «кобылка» и он смог приобрести на аукционе «Таттерсолз» пару отличных рысаков. Миранда, прикрыв глаза, сжала губы, чтобы не сказать этому тупице, что он ставит телегу впереди лошади, поскольку они не женаты. Пока.
О, если бы ее репутация была немного подпорчена! Совсем чуть-чуть, но чтобы Оксли пошли на попятный. Тогда у нее был бы шанс найти мужчину ее мечты. Рыцаря в сверкающих доспехах, который любил бы ее, а не ее приданое. Достойного джентльмена, который целовал бы ее нежно и любяще. Такого, чтобы у нее от счастья мурашки бежали по коже и сердце пускалось вскачь.
Но подобная удача казалась Миранде недосягаемой. Грезы растаяли, когда в зрительном зале вспыхнул свет. Рядом с ней сидел ее «герой» и с вожделением смотрел на невесту, словно она была помесью спелого персика с ковшом золота. У Миранды засосало под ложечкой.
Теперь она готова была согласиться на брак со скучным лордом Седжуиком, но он уже был женат на своей обожаемой Эммалайн.
Жаль, что леди Седжуик нет в театре. Она бы поставила графиню Оксли на место и поддержала упавший дух Миранды своим искрящимся весельем.
Лорд Седжуик пришел один. Что-то тревожило его, между бровей залегла морщинка. Будь он в другом настроении, Миранда все равно не стала бы изливать душу степенному барону. Вряд ли это прилично, не важно, что супруга считает его исключительным человеком, презирающим условности.
