Прошло несколько дней с тех пор, как Элис временно переехала в дом Кэндис, пока ее родители подыскивали новый дом, и все шло нормально. За исключением комендантского часа в 9 вечера, который был установлен для жителей Саммерленда. Это стало национальной новостью, что маленький городок в Британской Колумбии находился под комендантским часом, чтобы защитить своих подростков от потенциального серийного убийцы.
— Как продвигается охота за домом? — спросила миссис Эно, все еще одетая в рабочую одежду, они вместе ужинали. Элис сидела рядом с Кэндис, Трей — по другую сторону стола, а родители Кэндис — по обе стороны от нее.
— Хорошо, — вежливо ответила Элис. — Родители сегодня смотрели дом, но он находится на южной окраине города, у озера.
— Это очень хороший район, сельский, — ответил мистер Эно, и Элис посмотрела на него. — Там живет один из моих пациентов.
— Да, — ответила Элис, немного смущаясь.
В этом районе все дома были далеко друг от друга, окружены полями, но Элис чувствовала себя странно, переезжая в новый дом, независимо от того, как он будет выглядеть, ей потребуется больше времени, чтобы добраться до школы, и все ее друзья жили в городе.
Она уже чувствовала, как к ней подкрадывается одиночество, она еще не умела водить машину и очень сомневалась, что родители захотят платить за обучение. За столом воцарилась тишина, Кэндис и Элис обменялись взглядами и продолжали спокойно есть. Оставаться в доме Эно было странно неловко, она и раньше оставалась ночевать, но теперь, проведя здесь больше сорока восьми часов, она поняла, как тяжело было Кэндис. Они с Треем вообще не разговаривали друг с другом, даже по мелочам. Кэндис притворялась, что его там нет, раньше родители пытались их разговорить или свести вместе, но, похоже, сдались.
Комната, которую ей выделили, была хороша и красиво оформлена. Немного дальше от комнаты Кэндис, у нее была своя ванная комната, за что она была очень благодарна. Ночью было комфортнее, когда ей не нужно было вежливо улыбаться и разговаривать с родителями Кэндис. Она могла расслабиться, спуститься на кухню, чтобы выпить или перекусить, и не нужно было ни с кем разговаривать.
Она почти не спала, даже в большой удобной кровати, потому что постоянно думала о том, что произошло в последнее время. В одно время ей хотелось и дальше продолжать правильно поступать, а в другое, она очень хотела поговорить с Магнусом. Она знала, что не должна этого делать, но каждый час рассуждения все сильнее давили на мозг.
Когда ужин закончился, девочки вернулись в комнату Кэндис, Элис села на кровать и тихо вздохнула, когда Кэндис включила музыку.
— Что случилось? — спросила Кэндис, видя, что Элис молча хандрит.
— Ничего страшного, — пробормотала она, понимая, что не может признаться Кэндис в том, что ей было грустно от того, что она хотела поговорить с Магнусом.
— Из-за Джаспера? — спросила Кэндис. — Я заметила, что вы, почти не общались за последние пару дней.
Элис промычала, понимая, что они с Джаспером на самом деле не разговаривали. С тех пор как Магнус столкнулся с ним, отношения между ними стали слегка странными, и это давало ей надежду, что возможно… Магнус заревновал.
— Да, это странно, — Элис пожала плечами. — Что будем делать с выпускным? Они подумывают отменить его из-за комендантского часа?
— Да, и мне обидно. Я уже все приготовила, — ответила Кэндис, подходя к кровати, чтобы тоже сесть, и взяла журнал со своего ночного столика. — Я собиралась надеть свой парик Бейонсе.
— О нет, мне нравится этот парик, — тихо заскулила Элис.
— Знаю… парик, — прошептала Кэндис с серьезным лицом.
— Парик… — прошептала Элис в ответ, и они обе тихонько захихикали. Они устроились в уютной тишине, занимаясь своими делами, Элис листала социальные сети, а Кэндис читала журнал до позднего вечера, потом Элис решила принять душ и лечь спать.
С распущенными волосами, без макияжа и в одной из старых отцовских футболок большого размера, Элис спокойно сложила свою одежду и села на пол. Скучно быть без родителей, она тихо вздохнула, достала телефон, отправляя им сообщение на ночь.
Она тихо сидела, думая о последних двух днях. В школе все было странно, люди шептались о ней, когда она проходила мимо, другие избегали ее, некоторые задавали ей слишком много вопросов о мертвом теле, которое было найдено в ее доме. Хотя многие видели в ней жертву, ей было неприятно, что они пялились на нее, как будто это была ее вина. Но в каком-то смысле так оно и было.
Ее мысли вернулись к Магнусу, как все так быстро испортилось между ними, и она вспомнила подарок, который он дал ей на день рождения. Любопытство взяло верх, и она стала рыться в сумке, игнорируя дневник Вероники.
