Я закрыла дверь в мою комнату, которую он почему-то оставил открытой.
— Дверца в порядке, а я нет — улыбнулась я — Посмотри на меня.
Брат вздрогнул. Глубоко вдохнул и на выдохе обернулся. Глаза в глаза. Вспышка. Его как море, мои как тусклое небо.
— Майя — начал он — То, что между нами было, это не должно повториться…
— Согласна — слабо улыбнулась я — Расскажи, что ты чувствовал, мне интересно.
Дан взъерошил свои волосы и отошел к окну. Смотрел несколько минут на улицу, а потом сказал:
— Долбанные фейрверки. Пока я был в тебе они взрывались в моей голове. Первое раз такое. Чуть не кончил в тебя из-за них. П* короче.
— Значит, не понравилось…
— Да нет, в том-то и дело, что я улетел. Улетел настолько, что забыл вообще с кем я. Слово кайф, наслаждение, удовольствие и сотой доли моих чувств не опишет. Я в рай попал. А потом хотелось сдохнуть. Пока в душе был последними словами себя называл. Не должен был я тебя трахать. Никогда вообще.
— Жалеешь значит? — мне отчего-то становится горько — А я нет. Мне даже легче стало. Я поняла то, что у меня с Матвеем было это не всерьез. Да, он умеет доставить удовольствие, но это только тело. Душу не трогает. С тобой иначе. Я чувствовала всё, каждую твою эмоцию. А с ним нет. С ним есть только я, а это не так круто.
— Что будешь делать? Вернёшься в Турин? — Дан наконец поворачивается ко мне лицом.
— Нет. Хочу поехать в Россию.
— В Россию? — удивляется брат — К бабушке что ли?
— К родным Олега. Хочу их увидеть, выразить запоздалые соболезнования.
— Зачем? Нас даже на похороны не пригласили.
— Я думаю им не до приглашений было. Они потеряли единственного сына.
Дан смотрит на меня и качает головой.
— Хочешь их утешить? Родители знают? Они будут против. Вспомни, что они говорили о дяде…
— Мне все равно, я чувствую, что должна быть с ними…
— Ясно, ты уже всё решила. Что ж, удачи — он проходит мимо меня и выходит за дверь, раздражённо захлопнув её за собой.
Я остаюсь одна. Раньше подобное меня не пугало, но теперь, после всего случившегося, на меня разом обрушиваются все мысли, что дремали внутри. Я наконец понимаю, что сделала. Я не просто изменила Матвею. Я сделала это с братом. Меня начинает накрывать так, что я всерьёз подумываю уехать из города прямо сейчас. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Но от себя не убежишь. И в этот раз я не буду сбегать из дома, потому что всё уже случилось… Бояться больше нечего. Ещё бы научится теперь смотреть в глаза семье и не чувствовать себя так хреново.
Вечером Дан с Никки уходят из дома, а родители остаются с Летти. Я, не в силах больше выносить одиночество, спускаясь к ним и застаю просто милейшую картину: мама держит на руках внучку и что-то ей говорит, а отец поглаживает её животик, и при этом на их лицах такие счастливые улыбки, что мое сердце срывается куда-то вниз и не переставая биться падает в районе щиколоток. Мне становится жаль, что я не мама этой чудесной девочки. Не знаю, откуда у меня такие мысли, я ведь тогда ещё решила, пока никаких детей… Но теперь отчего-то жалею, что рассталась с Сашей, что он меня ненавидит. От него ребенка я бы хотела. Только от него.
— Майя — мама тепло мне улыбается — Иди к нам, дочка.
Я послушно присаживаюсь рядом и смотрю на родителей. Сейчас они такие счастливые. Чувствую себя здесь лишней. Я не вписываюсь в эту идиллию хотя бы потому, что больше не чувствую себя принадлежащей этой семье. Я теперь Метелина… Может именно это дало мне толчок соблазнить Дана, ведь раньше я бы ни за что не отпустила себя… Хотя какая разница, что у меня за фамилия теперь. Кровь-то одна. Была и будет.
— Всё нормально, дочка, ты какая-то грустная? — замечает отец.
— Скучаю по Матвею — вру я и потом решаю добавить правду — Хочу поехать в Россию.
Родители переглядываются.
— Заеду к бабушке, мы совсем про неё забыли, даже с новым годом не поздравили… — сочиняю буквально на ходу и так убедительно, что самой себе поражаюсь — Она наверное даже не знает, что я вышла замуж.
Отец хмурится, мама тоже. Вижу, они не одобряют моего решения поехать в гости.
— Надеюсь к дяде с тетей ты не собираешься заезжать? — спрашивает мама отчего-то дрожащим голосом.
— Заеду. Хочу посетить могилу брата. Увидеть, где его похоронили…
— Нет. Ты не сделаешь этого — перебивает она — Я запрещаю.
— Запрещаешь? — удивляюсь я — Ты не можешь мне ничего запретить…
— Так — вмешивается отец — Майя, мама права, ты не должна приезжать к ним…
— Почему? Они ведь потеряли единственного сына. Я хочу поддержать их…
— Навряд ли они нуждаются в твоей поддержке. Сама знаешь какие сложные между нами отношения… — говорит отец.
— Да у нас с ними вообще нет отношений! — эмоционально выкрикиваю я и добавляю чуть тише — Пап, мам, я приеду туда не одна. С Матвеем. Волноваться не о чем.
Мама вздыхает и прижимает к себе Летти, встаёт и поднимается наверх, чтобы уложить её спать. Мы с отцом остаёмся вдвоём.
