— Ревнуешь? — бью вопросом на вопрос, хотя итак знаю ответ. Вижу — ревнует. С ума сходит, шею мне свернуть готов за то что я с другим.
— Просто спрашиваю. Чтобы знать. — цедит сквозь зубы.
— Нет — отвечаю и решаю вскрыть ему вены — Я люблю его, Саш. Он сделал мне предложение.
От этих слов Грубиян дергается так, словно я зарядила ему пощечину. Не представляю, что он чувствует, но вижу, что ничего хорошего. Пусть так. Я не собиралась скрывать это. Пустые надежды лучше сразу рубить на корню. Что я и делаю.
— Ты согласилась? — спрашивает хрипло, впиваясь в меня яростным взглядом. Кажется, скажи я сейчас да, и он разорвёт меня на куски.
— Нет. Сказала, что подумаю. Честно говоря, я не хочу замуж пока. Рано.
Криво усмехается. Делает глоток кофе и очень шумно выдыхает. С облегчением. Нет, надежду так просто не убить. Грубиян всегда будет надеяться на мое "да". Пусть запоздалое и тихое, но такое желанное из моих уст.
— Я позвоню родителям, может они что-то знают про Олега — решаю сменить тему — Но навряд ли.
— Позвони — отзывается Саша и в его взгляде я вижу холод.
— Осуждаешь меня? Думаешь, я с ним назло тебе? — взрываюсь внезапно.
— Ничего я не думаю — равнодушно отвечает — Твоя жизнь, тебе решать.
— Саша… — меня бомбит от его спокойствия.
— Спасибо за честность, Майя — выделяет он моё имя и просто уходит, оставляя меня в подвешенном состоянии.
Я допиваю кофе и тоже выхожу на улицу. Звоню маме.
— Олег погиб. Ты знала? — говорю сразу, чувствуя, как начинаю плакать.
— Нет… Боже, Майя, что случилось? — мама шокированна этой новостью.
— Авария — всхлипываю я.
— Когда похороны, я приеду — неожиданно говорит она.
— Я не знаю. Его увезли в Россию…
— Какой ужас… — выдыхает мама — Марина наверное раздавлена…
— Я сама еле держусь. Ещё до конца не понимаю, что его больше нет — признаюсь я — Я видела его 2 раза. Всего 2 раза, это так мало…
— Ох, детка, это жизнь… — философски изрекает мама и сворачивает разговор.
Плетусь к общаге совсем без сил. До меня только сейчас со всей ясностью доходят слова Саши "Олег погиб". Мой двоюродный брат умер. Нет! Почему? Мог ли он сам совершить подобное? Или это роковое стечение обстоятельств? Бедная Тесса. Скорее всего ей жить не хочется после него… Я бы точно не хотела. Даже представить больно что-то подобное с Максом. Или с Сашей. Черт, причём здесь Грубиян? Он мой друг, не больше. Убеждаю себя в этом снова, пока до меня не доходит очевидная вещь: не друг. У меня что-то к нему есть. Даже сейчас, когда я должна скорбеть по брату, я думаю о нем. Снова и снова возвращаюсь к нему. Не могу не думать, не волноваться.
Грубиян потерял не только друга, но и меня. Олега физически, меня душевно. Я ясно дала ему понять, я черт возьми сказала, что люблю Макса, хотя сама не уверена в этом до конца… Он нравится мне как мужчина, но будущего с ним я не вижу. Макс собственник, он закроет меня в золотой клетке, где я зачахну…
— Такие прекрасные глаза не должны плакать — в мое сознание врывается Сашкин голос, и я смотрю по сторонам.
Он стоит в паре метрах от меня. Смотрит прищуриваюсь, руки в карманах.
— Ты проиграла мне желание, помнишь? — говорит он, ленивой походкой приближаясь ко мне.
— Давай не сейчас, пожалуйста — прошу я, понимая, что Грубиян меня не послушает.
— Нет, сейчас — отрезает он — Нам обоим это надо. Переключится. Не сойти с ума.
Я устало вздыхаю. Саша возвышается прямо передо мной. Я поднимаю на него глаза, но в них столько слез, что я его почти не вижу. Пытаюсь взять себя в руки, получается с трудом, запихать обратно внутрь разрывающие меня на части эмоции. Их много. И они такие разные.
— Хотелось придумать что-нибудь эдакое — говорит Грубиян — Да сейчас не время и не место. Поэтому, прости.
Я не понимаю, за что он просит прощения, пока его губы не касаются моих в лёгком почти невесомом поцелуе. Я вздрагиваю и неведомая сила заставляет меня податься ему навстречу и сделать наш поцелуй не таким невинным… Боже, что он делает со мной? Электрические разряды проходят по моему телу, словно меня ударило молнией. Чувствую покалывание в пальцах ног и рук, но не могу оторваться от него, целую Сашку так, словно хотела этого всю жизнь… Синхронно отрываемся друг от друга.
— Блондинка — рвано выдыхает он ошарашенный моей реакцией.
— Грубиян — отзываюсь я и быстро добавляю — Это ничего не значит. Желание. Это твоё желание не более…
Опять вижу в его глазах боль, а себя чувствую сукой.
— Врёшь, почему ты мне врёшь? — спрашивает он, хватая меня за плечи — Тебе нравится мучить меня? Говорить "нет" и видеть моё отчаяние!
— Саш, пожалуйста… — бормочу я — Мы не можем быть вместе, никогда… Прими это и отпусти меня…
Секунда. Другая. Он плавит меня яростным взглядом, а потом резко опускает руки.
— Да иди ты к черту, Майя! — выпаливает мне в лицо, разворачивается и уходит.
