Я сам не понимаю, что делаю и как моя рука оказывается у неё на горле.
— Сука… — рычу ей в лицо — Я убью тебя!
Таксист невозмутимо едет дальше, пока я борюсь с искушением придушить эту девчонку. С большим трудом убираю от неё свои руки, замечая, что они дрожат. Хотя бы Лу слезает с моих колен и жмется к противоположному краю сидения пытаясь откашляться. Пока она это делает мы подъезжаем к подъезду жилого дома.
— Я сама — она вываливается из машины, падая на колени.
Я расплачиваюсь с таксистом и грубо взяв её за локоть веду в подъезд. На каблуках еле поспевает за мной. Ноги совсем перестают её слушаться и остаток пути я тащу её на себе.
Когда мы заходим в квартиру я зол настолько, чтобы уйти сразу, но Лу обнимает меня за шею и умоляет остаться. Шепчет, что любит и жить без меня не может. Только после того, как я обещаю ей не уходить, она от меня отлипает.
Раздеваясь на ходу, приглашает меня в спальню. Моя выдержка даёт первые трещины, когда я вижу в полумраке комнаты соблазнительные изгибы. Я по-прежнему одет, и по-прежнему хочу уйти, хотя червячок сомнения уже вовсю грызет меня изнутри. У Никки 26 недель и мы опасаемся заниматься сексом даже в безопасных для ребенка позах. Боимся навредить нашей девочке. Я никогда себя не прощу если с ней что-нибудь случится. Или с Никки.
— Чего застыл? — мурлычет соблазнительница — Иди ко мне.
Я шумно сглатываю и делаю осторожный шаг к ней. Шаг к своей личной пропасти. Лу снимает с меня футболку и покрывает мою грудь поцелуями, в то время как её пальчики расстегивают ремень на моих брюках. Она запускает руку в боксёры и сжимает член, вырывая у меня громкий стон. Дьявол! Почему грех всегда такой
сладкий?! Я должен уйти, исчезнуть, не предавать своё слово…
— Я помню, как ты любишь — говорит она и опускается передо мной на колени.
Я перестаю соображать, когда мой член оказывается у неё во рту. Хватаю её за волосы и грубо насаживаю на себя быстрыми движениями приближаясь к разрядке. Как же давно я этого не делал… Привык передергивать в душе, но те ощущения ничего не стоят по сравнению с этим… Кончаю через пару минут, заставляя Лу давиться моей спермой. Её так много, что она стекает по её подбородку и капает на пол. Очень порочное зрелище.
Но мне этого мало. Избавляюсь от брюк и боксеров, которые не успел снять и толкаю девушку на кровать. Сразу переворачиваю её на живот и придавив собой одним резким движением вхожу до конца. Член не успел обмякнуть, и я чувствую как он крепнет внутри, распирая стенки её влагалища. Синхронно дрожим, охваченные диким желанием. Как же я скучал по этому чувству обладания! Делаю первый толчок медленный и глубокий, наслаждаясь её стоном, что прорезает тишину квартиры, отзываясь в каждом её уголке.
— Дан — выдыхает Лу — Боже, я так люблю тебя…
— Заткнись — рычу я и начинаю резкие движения, врезаясь в её плоть жадно и одержимо, как настоящий маньяк.
Комната наполняется нашими стонами вперемежку со смачными шлепками. Я останавливаюсь лишь на секунду, чтобы перевернуть Лу на спину и сжать руку на её горле. Она усердно мне подмахивает, но замедляется, так как начинает терять сознание от нехватки кислорода. Я вижу как закатываются её глаза и слегка ослабляю хватку. Ещё несколько толчков и она бьётся в сумасшедшем оргазме, выкрикивая на весь дом моё полное имя… Следом кончаю и я, не вынимаю из неё член пока он не выскальзывает сам..
Безумие. Мы тяжело дышим мокрые от пота. Я иду в душ первый, желая смыть с себя следы нашей связи. Наскоро моюсь и освобождаю ванну. Лу лежит на кровати и что-то бормочет себе под нос. Похоже, после оргазма её накрыло с новой силой.
— Иди помойся — говорю я — Легче станет.
С трудом она встаёт с кровати и скрывается за дверью ванной. Я пользуясь моментом тихо ухожу.
Мне хватает совести лечь в кровать к жене, что сладко спит забавно причмокивая губами. Осознание того, что я только что снова ей изменил ещё не беспокоит меня. Мне хорошо. Я расслаблен и доволен собой. Закрываю глаза и сразу же проваливаюсь в сон.
Под утро меня будит настойчивая трель дверного звонка. Пока я просыпаюсь, кто-то открывает дверь и я слышу шаги нескольких людей на лестнице. Они громко топают, а потом и вовсе заходят в нашу с Никки комнату.
Полиция. Следом за ними заходят родители. Сон пропадает сразу у нас обоих.
Никки испуганно прикрывается одеялом, шокированно смотря на непрошенных гостей.
— Даниил Антохин, вы задержаны по подозрению в убийстве — говорит один из полицейских, вынуждая меня встать с кровати.
До меня очень медленно доходят его слова, и когда я понимаю их смысл, то взрываюсь.
— Это шутка? Я никого не убивал! — выкрикиваю я так громко, что пугаю жену. Она сдавленно всхлипывает.
— Вы знакомы с Лукрецией Контини? — спрашивает один из полицейских, вглядываясь в мое сонное лицо.
— Да — выдыхаю я.
— Когда вы видели её в последний раз? — продолжает он.
— Вчера в клубе. А что случилось? — не понимаю я, чувствуя холодную змейку страха.
— Лукреция сегодня ночью была найдена мертвой в своей квартире. На теле имеются синяки, следы удушья и изнасилования…
