– Микроволновку некуда пихать, – извиняющимся тоном проговорила Дарки. – Но оно и к лучшему.
– Угу, в ней кофе не сварить… я сделаю глубокий вдох и расскажу тебе все как есть.
– Давай, а я что-нибудь придумаю. – Дарки залезла с ногами в соседнее кресло.
То ли она оказалась замечательным слушателем, то ли Сашка чересчур устала носить все в себе. Так или иначе, Даше-Дарки досталась куда более полная версия событий, чем Кей и Никите. Откровенно говоря, самая полная из всех существующих.
– И я не знаю, что творю, – призналась Саша в конце рассказа. – Мне страшно за близких. И за незнакомых. И противно, потому что кажется, что все это из-за меня.
Даша покачала головой и отпила кофе.
– Вкусно, – похвалила она, и без паузы продолжила: – ни в чем ты не виновата. Природа беглецов из Небытия, какой бы ни была раньше, такова, что первое встреченное ими человеческое существо становится их… м-м-м… манией. Точкой приложения одержимости. Наш беглец встретил тебя. Ты не виновата, тебя просто угораздило.
– Вот какого черта мне до сих пор никто не сказал этого прямо и четко? Не для утешения, а чтобы я в панике не теряла способность соображать, а?
– Неважно. – Даша снова качнула головой, золотая челка жароптицевым крылышком порхнула туда-сюда. – Ты не виновата, но и других не вини. Какая разница, почему они чего-то сделали или не сделали? Тебе предстоит иметь дело не с причинами, а с последствиями их поступков. И своих, конечно, тоже. Но если тебя это успокоит и… м-м-м… вернет тебе твою ненаглядную способность соображать, то могу тебя утешить. Они не со зла. Скорее всего, сами не знали. А мыкарь попросту не подумал. Для него это очевиднее очевидного, вот и кажется, что для остальных тоже. Профессиональная деформация.
– Шутишь?
– Шучу. По форме, по сути – серьезна. В общем, Саша, беглец увидел тебя, и у него произошло что-то вроде…
– Вроде чего?
– Вроде влюбился, – закатила желто-зеленый глаз Даша, – в той степени, в которой это доступно беглецам. Впал в одержимость.
– Я что-то сильно одержимых рядом не замечала…
– Может, он пока наблюдает за тобой издалека. Анализирует. Примеряется. Он же не просто влюбился. Он захотел всю тебя для себя.
– В каком, прости, смысле?! – Саша почувствовала, что краснеет. Даша вздохнула.
– Я рада бы тебе сказать «в том самом!». Только это не так. Если тут «тот самый» смысл и есть, то его три буквы на пять томов других смыслов. Он захотел, чтобы ты стала
Саша кивнула.
– Вот чтобы ты для него стала тем, для кого он – все. Такая вот ведьмачья психопатия. Чтобы у тебя не осталось больше никого и ничего. Только он. В обычной жизни так тоже бывает, когда в паре один человек вытесняет из жизни второго весь остальной мир. Но в обычной жизни это не так прямолинейно… прямосмысленно. Девушка может потерять своих подруг, перестав общаться с ними. Но они будут живы, здоровы и даже счастливы. А в твоем случае…
– Живы они точно не будут. – Интересно, когда-нибудь при воспоминаниях о Лизе ее перестанет окатывать волна не только боли и печали, но еще и едкого чувства вины? Саша смахнула слезы и подняла глаза на Дарки: – Как так вышло, что ты настолько в теме?
Та улыбнулась.
– Я же книгарь. Живу в море информации, знаков, текстов, чужой памяти. А недавно Галина… ох, как жаль ее! Такая замечательная была! В общем, недавно она попросила поискать кое-что для нее. Именно в связи с беглецом. Да-да, поэтому я твоему появлению не удивилась. То есть не тебе лично, а самому факту, что кто-то пришел и интересуется беглецом. Так вот, я по Галининой просьбе освежила знания. И нашла Книгу Ушедших. Это вроде энциклопедии, описывающей ведьмовы сети, которые существовали раньше, в разные времена, но потом исчезли. Если понять, какого типа ведьмак явился к нам из Небытия, то можно понять, как от него защититься. Да и мыкарю такая информация не повредит. Тут такие дела творятся, что он не будет щепетильным. Не пойдет в чужую ведьмову сеть, а найдет беглеца в повседневности, то есть в реальности вне коридоров.
– Найдет и… что? – Сашка поежилась.
Даша усмехнулась. От ее усмешечки в сочетании с повязкой у Саши по коже пробежала очередная волна мороза.
– Есть несколько способов вытащить сущность из Небытия, – жестко сказала книгарка. – Один другого отвратнее. Обычно для этого нужны несколько ведьм или ведьмаков. И «олух» из обычных людей. Тот, кого не жалко. Его используют как тело, ведь собственного у беглеца нет. Изгнать же чужую сущность можно только одним способом. Повредить тело достаточно сильно, чтобы беглец почувствовал близость Небытия. Собственно, дальше дело мыкаря. А «олух» скорее всего не выживет. Сама понимаешь, близость Небытия – это близость смерти.
