У меня имелись веские подозрения, что такая ситуация повторяется не впервые – то есть Эллис в буквальном смысле без ног после тяжёлого дня, а Доктор Мёртвых в подвале, наедине со своими безмолвными пациентами. Служанок что-то не видно, хотя комнаты содержатся в чистоте… Кто же прибирается и готовит? Охотно поверю, что и с тем, и с другим детектив без труда справится сам, но не после изматывающей беготни по городу и опроса десятка свидетелей! И, к слову, интересно, какие у него любимые рецепты. Пироги? Удобные и простые в приготовлении рагу?
– О чём вы задумались, Виржиния? – подал он голос, не открывая глаз. – Готов спорить, что о чём-то забавном.
– Почему вы так решили? – заинтересовалась я, отбрасывая глупые мысли о прислуге и кулинарных пристрастиях отдельно взятых холостяков.
– А вы всегда коротко выдыхаете носом перед тем, как улыбнуться. Как будто фыркаете понарошку, – откликнулся детектив и зашевелился в кресле, явно пытаясь занять сидячее положение – увы, безуспешно. – Ладно. Расскажите мне лучше ещё, что вам поведала миссис Перро. Миссис Хат созналась, что вы почти час наедине провели, наверняка за это время ещё какие-то подробности всплыли… Когда, с кем?
Я быстро припомнила нашу с Элейн беседу и едва подавила досадливое восклицание: надо же, чуть не забыла такую важную деталь!
– Она видела служанку около двух месяцев назад. В компании иностранца, скорее всего, алманца.
Эллис аж подскочил в кресле:
– И вы молчали! Какого алманца, как он выглядел? Около двух месяцев назад – больше или меньше? Виржиния, это важно!
– Не знаю, – призналась я немного растерянно. Эллис смотрел на меня в упор, нетерпеливо постукивая мыском ботинка, и выглядел так, словно готов был броситься сию секунду в погоню за призраком алманца. Только покрасневшие глаза и глубокие тени на веках выдавали крайнюю степень усталости. – Вам лучше побеседовать с самой Элейн, не находите? Правда, я опасаюсь за неё. Финола может обратить внимание на новую свидетельницу из-за бесед в Управлении спокойствия.
– Значит, встретимся у вас в кофейне, это безопасней. Чем скорее, тем лучше. Мне удобно завтра вечером, послезавтра с утра и… Эх, дальше, к сожалению, точно сказать не могу, – раздосадованно дёрнул он плечом. – Но вообще это очень важно – больше двух месяцев назад или меньше.
– А почему? – не удержалась я от вопроса.
Эллис глянул на меня исподлобья.
– Маркиз, конечно, не одобрит, но я вам скажу. Двадцать пять дней назад в алманском посольстве появились новые люди. И двое из них меня, скажем так, заинтересовали. С парохода они сошли ровно двадцать семь дней назад. Поэтому важен и точный срок, и как можно более детальное описание внешности.
Он умолк и снова обмяк в кресле, согнув одну ногу. Я перевела взгляд на бумажный экран, разглядывая девятихвостую лису. Теперь она казалась мне усталой и потерянной – и очень, очень голодной.
Накатывало ощущение, что всё вокруг – не настоящее. Иллюзия, фантом…
Мадлен задерживалась, но откуда-то отчётливо потянуло ароматами копчёного окорока, розмарина, картофеля, сельдерея и каких-то овощей – похоже, она решила не ограничиваться чаем, а сделать рагу. И ведь отыскала нужные продукты, в чужом доме-то! Интересно, всё нашлось на кухне или пришлось идти в кладовую?..
Электрическая лампа за экраном мигнула.
Я прерывисто выдохнула от неожиданности; в груди кольнуло.
«…зачем мы здесь?»
– Зачем вы привели нас? – повторила я вслух. – О том, что рассказала Элейн, можно расспросить и в кофейне.
Эллис недовольно качнул головой.
– Не «вас».
Действительно, Мэдди он ведь отослал под более чем благовидным предлогом.
– Меня?
– Именно, – вздохнул детектив и приоткрыл один глаз. – Во-первых, вам нужно было проветриться. Во-вторых, поговорить.
Это начинало уже раздражать.
– И о чём же?
– Ну-ну, какой ледяной тон, – Эллис открыл наконец и второй глаз. – Вот вы мне и расскажите, о чём. Я сперва решил, что это связано со свидетельством миссис Перро, но теперь вижу, что ошибался. Играми в леди-детектива вы отвлекаетесь от чего-то. От чего?
Я снова отвернулась к экрану. Лисица смотрела укоризненно.
Теперь догадки, что Лайзо мог переметнуться на сторону Финолы, казались по меньшей мере глупыми.
– Мне приснился… дурной сон, – ответила я нехотя, возвращаясь к беседе. – О неожиданном предательстве. Точнее, об ударе в спину.
– И?
– И ещё приходил Мэтью. Он открыл подробности убийства мисс Рич.
– И?
Эллис был неумолим.
Я расправила складки юбки на коленях – очень, очень аккуратно.
– Скажите, вы точно ничего не слышали о Лайзо?
Он глядел на меня секунды три, не меняясь в лице, а затем задрал брови и преобидно расхохотался.
