Вот разозлившийся Чжисюань появился у подъезда дома, в котором живет Синъянь. Выглядит он ужасно, обозленный, как отчаявшийся лев. Спустя долю секунды Чжисюань в ярости влепил Синъянь пощечину… и еще одну.
По телу пробежала мелкая дрожь, и я со всей дури заорал:
– Стой! Не бей ее!
Тут же все накрыло темнотой, их фигуры исчезли, пропал и туннель, и все стало как было.
Меня бросило в жар, я даже весь взмок.
Что это вообще такое было? Почему все эти картинки пронеслись у меня перед глазами? С какой стати они вообще возникли в объективе? Может, это игра воображения? Или хозяин музея нарочно издевается над посетителями?
Я огляделся и перевел взгляд на камеру-мыльницу, которую держал в руках. В ней все дело, она какая-то странная. Помедлив немного, я поднял камеру и попробовал нажать на спуск, но кнопку заклинило, и фотик не срабатывал, как я ни нажимал.
Это еще что за ерунда? Только что ведь все работало.
Меня охватил жуткий страх, я отложил камеру и только собрался валить отсюда, как вдруг в комнату, хихикая, ввалилась группа парней с девушками.
– Ого! Смотри, почему тут мыльница лежит?
Они окружили стол, собираясь поиграть с камерой, а я встал в углу и наблюдал, что случится дальше.
– Она сломана, не щелкает.
– Ладно, пошли дальше!
И ребята с хихиканьем вышли из комнаты.
Я решил больше ни минуты тут не оставаться и тоже вышел следом. Не успел я прийти в себя, как заметил Чжисюань и Синъянь: они прошли мимо, весело переговариваясь.
Меня будто молнией поразило. Я замер и весь похолодел с головы до пят. Точно такую же сцену я только что видел в фотообъективе.
После того дня я начал сходить с ума и никак не мог вернуться к нормальной жизни.
Все, что я видел в объективе мыльницы, стало происходить в реальности – одно за другим. Как Чжисюань вытирает салфеткой уголок рта Синъянь и доедает за ней разные блюда. Как на торговой улице и в парке Чжисюань много раз порывается взять Синъянь за руку.
Раз за разом меня охватывал ужас, ведь до меня стало доходить, что увиденное тогда, в маленькой комнате, не игра воображения или злая шутка хозяина музея фотоаппаратов. В тот раз я на самом деле заглянул в будущее.
Говорят, что за мгновение до смерти вся жизнь проносится перед глазами, будто в ускоренной перемотке, и человек видит много необъяснимых вещей. И если мне открылось будущее Синъянь и Чжисюаня, значит ли это, что я скоро сыграю в ящик? А может, туннель, который привиделся мне в кадре, на самом деле туннель, ведущий в рай?
Весь этот кошмар прокручивался в моей голове снова и снова. Я стал плохо спать, потерял аппетит, тело превратилось в расстроенный механизм. Каждый день я жил в страхе.
Теперь когда я ехал на мотоцикле, то специально объезжал все туннели, даже если приходилось делать большой крюк. По ночам во сне мне казалось, что я брожу по черному туннелю без конца и начала, при этом никак не могу выбраться оттуда. Просыпался я от кошмара весь мокрый и с жутким ощущением удушья.
В кофейне раз за разом лажал, и Синъянь бросала на меня гневные взгляды. Например, она просила меня отнести кофе, а я выливал его в раковину. Гость хотел расплатиться, а я приносил ему еще одну чашку кофе. Турист заходил спросить дорогу, а я отвечал невпопад, заводя разговор в тупик. От малейшего шума я беспокойно дергался, как пуганая ворона.
Синъянь из-за всего этого была не в восторге, сделала мне пару выговоров. Она решила, что я нарочно, назло ей бедокурю, а я толком и объяснить ничего не мог.
Лэй тоже заметил, что со мной творится что-то неладное.
– У тебя все больше симптомов несчастной любви. Найди себе девушку побыстрее. Знаешь, любовь – это сладкое лекарство для одинокого сердца.
Он помирился с Чжилин и теперь вещал сочувствующим тоном, утешая меня как «бедного холостяка».
– В этом мире кроме несчастной любви есть много странного, что выходит за рамки человеческого познания, и всякие странные дела происходят чуть ли не каждый день, – печально отвечал я.
– Например?
– Например, до сих пор никто так и не доказал, существуют ли привидения или духи.
– А ты у нас что, вышел за рамки человеческого познания и увидел-таки их?.. – Он состроил рожу.
Вот как ему сказать, что в сломанной камере-мыльнице мне открылось будущее? Нормальный человек не поверит в это, подумает, что я псих.
Знать будущее вообще-то так же стремно, как видеть призраков. Раньше я столько фантазировал об удивительном, о чудесах, все ждал, когда какое-нибудь чудо произойдет со мной. Но фантазии прекрасны, а реальность жестока, и когда что-нибудь такое случается в реальности, то ничего хорошего не жди.
