Раз за разом я надеялся и раз за разом разочаровывался. Вот когда я по-настоящему понял, что чувствовал босс, который все глаза высмотрел, ожидая появления любимого человека. Ожидание мучительно, настолько, что нам даже в голову не приходит забить на все и мы можем только ждать дальше.
Пока Синъянь не было, заваривать кофе приходилось мне. Я стоял на месте, где обычно стояла она, носил фартук, который обычно носила она, использовал кофейные принадлежности, которые обычно использовала она. Мне казалось, что я так близко к ней и в то же время ужасно далеко от нее.
Где Синъянь сейчас? Что делает? Думает ли она обо мне? Эти вопросы ежедневно прокручивались в моей голове тысячу раз.
Посетителей в кофейне стало намного меньше, только чокнутый старик и писательница изо дня в день неизменно приходили, даже если на улице бушевали дождь и ветер. Порой днем нас было только четверо, и никто ни с кем не разговаривал, каждый занимал свой уголок, как будто жил в своей отдельной вселенной.
Я часто смотрел в окно на улицу, про себя размышляя о том, где Синъянь может быть. Даже листья за окном, проходящие мимо девушки, дующий ветер и облака в небе, казалось, стали ею.
Время тянулось медленно-медленно, посетители приходили и уходили, опавшие листья устилали всю землю, и так проходила всего-навсего половина дня.
Я никогда раньше не думал, что ожидание может быть таким мучительным. В жизни не чувствовал себя так беспомощно. Оказывается, одиночество не врожденное чувство, а появляется только тогда, когда все время думаешь и волнуешься о ком-то.
Каждый день я отправлял Синъянь какое-нибудь сообщение, и всегда она читала его, но не отвечала. Поначалу я надеялся на ее ответ, потом постепенно привык к статусу «прочитано» и даже стал испытывать какую-то радость.
По крайней мере она их читает.
Ради нее я отбросил свою гордость подальше и стал покорным, покорнее не бывает.
Наконец объявили результаты экзаменов SPM, с оценками у меня все было чики-пуки, так что я мог подавать документы в любой университет и спокойно идти на подготовительные. Морально я был готов подрабатывать дальше и параллельно разбираться с учебой.
Вечером в пятницу мы с Лэем договорились встретиться в «Совиной кухне».
Лэй решил вместе с Чжилин отправиться на Тайвань и поступать там в университет. Меня это совсем не удивило, потому что Чжилин мечтала уехать на Тайвань на учебу, а Лэй любит ее и готов поехать с ней хоть на край света.
Я даже позавидовал Лэю. Все-таки некоторым везет в любви, это и есть настоящее счастье, настоящее чудо. Куда бы они ни поехали, где бы ни оказались, везде им будет рай, лишь бы они могли видеться друг с другом.
Как ни жаль расставаться, я все-таки улыбнулся и пожелал им счастья:
– Смотрите, за границей любите друг друга, только сильно не бейте.
– Юйчэнь, я тебе тоже желаю распрощаться с холостяцкой жизнью и найти настоящую любовь.
Тогда я рассказал ему о своем признании Синъянь. Лэй сначала обалдел, потом рассмеялся:
– Ха-ха-ха! Так я и знал, давно догадался, что ты в кого-то втюрился, только скорее умрешь, чем признаешься.
Я грустно улыбнулся, не зная, что еще добавить. Если бы заранее знать, что попал в сети любви, я бы не совершил так много дурацких поступков. Кажется, я и правда ничего не смыслю в чувствах.
– И ты не против, что она старше тебя? – поинтересовался Лэй.
– Любовь есть любовь, разница в возрасте не проблема.
– А что, есть какая-то другая проблема посерьезнее?
– Да я и сам понять не могу. Важнее всего, чтобы в любви была взаимность, так? Почему же она мне отказала?
Лэй подумал, подумал и спросил:
– А сколько раз ты признавался ей?
– Один раз.
– Всего один раз?! Ну тогда так тебе и надо, заслужил отказ.
– А что, одного раза мало?
– Ну ты и дурак, тут же важна искренность, чтобы от сердца, понимаешь? Все знают, что для тебя важнее всего, чтобы девушка была моложе тебя. Может, она не уверена в твоей искренности.
– Но я правда искренне ей признался!
– Тогда, будь добр, готовься идти до конца, пока не достигнешь цели. Хоть десять отказов получишь, но делай вид, что это ерунда. А если облажаешься, то ваши отношения так никуда и не продвинутся.
Лэй деловито, как настоящий знаток в таких делах, добавил:
– Будь она моложе или старше тебя, притворство у них в крови. Девчонки говорят одно, а думают совсем другое, что называется, говорят намеками. Ты им признаешься, а они, хоть и любят тебя, но говорят, что не нужны им твои признания. Приглашаешь их пойти на свиданку, а они напридумывают предлогов, чтобы только отказаться.
– Да ладно? А Синъянь не притворяется, она прямодушная, не как другие, она никого из себя не строит.
– А она женщина вообще?
– А как же!
– Так у любой это есть. Взять вот Чжилин, например. С каждой ссорой она мне кричит, что нам пора расстаться. Но хоть раз она реально готова была уйти от меня? Как бы не так, говорит одно, а ведет себя совсем по-другому, – гордо сказал Лэй.
