В ловушку нас хочешь скорей заманить?
Ну нет, мы прихватим с собой старика,
Коль лживы посулы и речи твои,
Ты первой заплатишь за глупый обман.
На легкую смерть не надейся тогда,
Ты будешь о ней как о благе молить..
– Мне кажется, что эта песня больше подходит для женского исполнения, – произнес Киллиан, когда отзвучал последний аккорд.
Сюжет этой песни слишком многое в нем всколыхнул, и он внезапно вспомнил: рядом с ним сидит та, чья внешность ему напоминала о боли и унижении.
– Какая разница? Ведь певец поет не о себе, – возразила девчонка, не пожелав заметить перемены в настроении Киллиана. – Герои всегда герои, кто бы они ни были.
Поспорить с этим было невозможно, и Киллиан кивнул.
* * * * *
Замок Данлюс, как и положено было достопримечательности, честно выполнял свою роль: написали в рекламе, что это руина - он руиной и был. Причем руиной величественной, и поэтому часто фотографируемой. Да что там величественной – замок был огромным и где необходимо подреставрированным, чтобы туристам ничего не свалилось на голову. Поверх старого моста, соединяющего его с «материком», был настелен вполне современный дощатый: с перилами и всем остальным, что полагалось для безопасности пешеходов.
Кроме того, в отличие от остальных руин, в нем, не скрываясь от посетителей, имелась пещера с выходом к морю, то есть прямо говорилось о наличие подземного хода, а не просто подвалов.
К чести создателей этого комплекса, а в него входил и небольшой придорожный отель с меленьким, но уютным кафе, никто не пытался выдать замок за сооружение XIII века. Наоборот, гиды прямо сообщали, что замок несколько раз перестраивался и восстанавливался. Окончательно он был покинут лишь в самом конце XVIIвека, после того как было уничтожено поселение, с которого хозяева замка кормились.
В общем, род разорился, а жить на отшибе стало немодно. Настолько немодно, что покупателя на замок Данлюс не нашлось, и замок до сих пор принадлежит его последним владельцам.
– Я бы тоже не стала его покупать, – хмыкнула девчонка. Если вспомнить, что замок стоит на крутой скале, и стены его идут по самому краю, то бр-р-р.
– Ну, я сомневаюсь, чтобы 350 лет тому назад между стенами и обрывами не было полосы грунта метров в пяток. Строители-то не окончательные кретины были, чтобы не соображать, что делают.
– Да, наверное. Если не считать того, что лет за 50 до того как замок был покинут, одна из его стен, где была кухня, обвалилась в море.
– Значит, мы не станем туда заходить?
– Нет, конечно. Тем более что под скалой, на которой замок возведен, есть огромная надводная пещера, и его медленно но верно подмывают морские волны.
– Базальт порода прочная, – усмехнулся Киллиан.
– Не сомневаюсь. Вот только если история замка верна, то между тем, что сейчас видно с поверхности и базальтовым основанием не менее полутора десятка метров. Мощеная брусчатка на полах выглядит как свеженькая, но что под ней? Где вход в подвал? Я его не заметила ни на одной фотографии. Льют дожди, и вода просачивается внутрь…
Киллиан усмехнулся. Он тоже не рвался проверять на прочность полы развалин 400-летней давности, но клиентке о том знать было не обязательно.
– Ты думаешь, что каждая руина Ирландии подстерегает подходящий момент, чтобы обвалиться там, куда ступит твоя туристическая нога?
– А ты лучше вспомни, в каком виде сейчас находятся жилища первых обитателей острова. Везде просел потолок. Разве не правда?
Киллиан кивнул. Время действительно уничтожило следы первых поселенцев. И уничтожило так хорошо, и присыпало такой пылью, прикрыв для уверенности еще и травой, что обнаруженные остатки их жизни относят на 5 с лишним тысяч лет тому назад, даже не пытаясь усомниться в датировках.
– Знаешь, – вдруг сказала девчонка, – мне сейчас подумалось, что ирландская интеллигенция сознательно путала истории своей страны, чтобы поклоняться своим героям и молиться по-своему под видом паломничества к древним памятникам. У вас и в географии полный «ужас школьника»: все названия так похожи для иностранного уха, что понять, что где находится почти невозможно.
– Но ты-то как-то находишь?
- Я филолог и переводчик текстов. Я привыкла анализировать.
– Например?
– Например, «бэлли» – это «деревня», «дан» - «замок, крепость». И если бы ваши карты составлял русский человек, он бы написал не «Баллимоней» и «Балликастл», а «Моней», «Кастл».
– И вместо «Данлюс» значилось бы просто «Люс», Дангвайр» был бы «Гвайр», а форт Данбег назывался бы «Бег».
– Угу.
Киллиан расхохотался.
– Я всегда слышал, что русские туристы – народ предприимчивый, но ты всех превзошла. Не успела ты и десятка дней у нас пробыть, как принялась переписывать историю и переделывать географические карты. Ах да! Еще лечить животных и измерять высоту скал.
Девчонка тоже засмеялась.
– То-то ты так стремишься от меня избавиться! Не волнуйся, за оставшиеся пяток дней я не успею организовать у вас революцию и ничего не взорву по причине отсутствия в моей сумочке динамита с порохом.
– А вдруг там у тебя в шприце нитроглицерин? Или какой-нибудь диверсионный прибамбас новейшего поколения?