– Мне все ясно, командир, – сказал капитан Лукьяновский. – Выезжайте. Мы пока вперед выдвигаемся. Вместе с младшим представителем боевого семейства Известьевых. Он хороший парень, настоящий молодец!
– Не торопись, «Чукча», – сказал старший лейтенант. – Еще пара минут. Я только часового на трубе достану. Хотя, если вы пойдете, он может попытаться вас рассмотреть, и тогда высунется.
– Давай так и поступим, – согласился капитан. – Я даже маску для такого дела сниму, чтобы лицо в тепловизоре светилось. Он сразу понять не сможет, что именно увидел. Держи его постоянно на прицеле, не позволяй ему ни стрелять, ни данные передавать. Бинокль-то у него хоть с тепловизором?
– Судя по размерам, да.
– Тогда мы двинули. Аркан, за мной!
Лестница плотно прилегала к стене резиновыми противоскользящими рифлеными наконечниками. Но, ступив на верхнюю ступеньку, Афина Яковлевна все же слегка пошатнулась. Под ней дрогнула все лестница, которую Алина придерживала двумя руками.
У нее даже мысль мелькнула в этот момент, что стоит лестницу чуть подтолкнуть. Не удержала, дескать. Тогда подполковник Заварзина вместе с лестницей упадет на бетонную полосу, заботливыми руками выровненную под окнами вдоль всего фундамента.
Будь эта полоса шириной не сорок сантиметров, а хотя бы с метр, то Алина, наверное, так и сделала бы. Но здесь не было никакой гарантии, что Афина Яковлевна упадет именно на бетон, где легко сломать себе ногу, руку или даже шею. Заварзина вполне могла оттолкнуться, совершить скачок, приземлиться на траву и не получить никаких повреждений.
Конечно, Алина была в состоянии напасть в момент приземления на подполковника и попросту нокаутировать ее ударом руки или ноги. Но тогда как удастся доказать преступные намерения этой особы? Как можно будет в этом случае утверждать, что Афина Яковлевна готовилась убить капитана Беспалову?
Все эти мысли стремительно пронеслись в голове Алины. Она сразу же запретила себе совершать подобный поступок. Все-таки многолетние занятия спортом помогали ей быстро мыслить и соображать, выбирать правильный путь. Алина просчитала все возможные варианты и навалилась на лестницу всем своим легким телом, стремясь удержать и ее, и подполковника Заварзину.
Афина Яковлевна заметила старания своей новой помощницы. Она умудрилась каким-то образом уцепиться руками если не за гладкое стекло, то хотя бы за пластиковую раму и тут же толкнула ее раскрытой ладонью. Окно открылось. Заварзина быстро ступила одной ногой на подоконник, еще даже не запрыгнула в палату, но уже повернулась и жестом позвала Алину следовать за собой.
Молодая женщина показала свою спортивную подготовку, справилась с лестницей быстро, стремительно, прямо как обезьяна, вскарабкалась до открытого окна. На пол палаты, застеленный мягким линолеумом с объемной войлочной подкладкой, она спрыгнула только чуть-чуть позже подполковника Заварзиной.
Но сама Афина Яковлевна этого, кажется, и не заметила. Она сразу шагнула к единственной в палате кровати, на которой лежала больная, посмотрела на капельницу, повернулась к Алине и тихо сказала:
– Нужно было что-нибудь взять с собой, чтобы в капельницу влить. Тогда подозрение только на врачей с медсестрами и пало бы. А так неизвестно еще, на кого подумают. Но мы поступим правильно, мудро. Кто у нас главный в районе по убийствам?
– Кто? – громче, чем говорила Афина Яковлевна, спросила Алина.
Заварзина отреагировала на это сразу, прижала к губам палец и прошептала:
– Спецназ ГРУ. Надо будет кому-то из них в машину нож с кровью на лезвии подбросить. Помнишь, где их двор находится?
– Помню, кажется. – На сей раз Алина говорила тихо, как ей и было велено.
– Туда и отвезешь. Или я сама сделаю, чтоб тебя сразу не впутывать. Тебе надо бы попривыкнуть к ситуации.
– Я, вообще-то, готова, – сказала Алина.
– Ты учись от себя подозрения отводить. Тут главное – правильно выбрать человека, на которого они должны пасть. Нужен верный мотив. У кого он может быть в нашей ситуации? Правильно думаешь. Именно у офицеров спецназа ГРУ. Капитан Беспалова пыталась подкинуть им пулемет, из которого был расстрелян полковник ФСБ Никитин. Теперь они мстят ей. Это и есть мотив. Я, признаюсь, не в курсе, какие у нее основания были для этого расстрела. Но Любаша не тот человек, который будет что-то делать просто так, из желания показать свою силу и возможности. А они у нее были достаточно велики. Должно быть, она никак иначе не могла от этого полковника избавиться. Вот и пошла на крайние меры. Он же слыл жутким бабником. Видимо, достал ее сильно, чем-то пригрозил серьезным. А нам всем есть чем пригрозить, у всех есть что скрывать. ФСБ для того и создано, чтобы иметь влияние на людей самого разного уровня и калибра. Полковник Никитин обладал, я думаю, информацией, которой я не располагаю. Использовать это влияние и служебную информацию в личных целях никому не рекомендуется. Потому, думаю, Любаша и прибегла к крайним мерам.
