Мне казалось, что меня вот-вот вырвет. Хотелось убежать и заглушить его слова, но я не могла. Я сама попросила Броуди рассказать мне правду, и он согласился. Одновременно возложив на меня бремя и сделав подарок. У меня не было возможности изменить его прошлое, отчего я чувствовала себя невероятно беспомощной. Но мне нужно было услышать все от начала и до конца.
Я сжала его руку, давая понять, что я рядом и никуда не уйду.
– И он сделал это. Он совратил меня в девять лет. И не раз. Я часто лежал в постели, гадая, придет ли он сегодня ночью. Я пытался запереть дверь. Забаррикадировать ее. Делал все возможное, но его ничего не останавливало.
По щекам текли слезы, а сердце болело при мысли, что в этом мире существуют такие ужасные люди, которые могли так поступит с невинным девятилетним ребенком.
Я приподнялась на локте и дотронулась до его лица.
– Не плачь из-за меня, Шайло.
– Я ничего не могу с собой поделать. Мне хочется убить того ублюдка. – Он слегка улыбнулся. – Пожалуйста, скажи мне, что ты отомстил.
– Ты же не думаешь, что я позволил бы такому случиться, верно?
– Нет. Он мертв?
Броуди рассмеялся, хотя я не увидела ничего смешного ни в этом, ни в том, что сказала.
– Если бы это только зависело от меня. Сразу после окончания школы я решил отомстить. Будь проклят Джуд. В то утро он ждал меня в грузовике, поскольку не позволил сделать все самому. Брат боялся, что я убью того ублюдка и окажусь в тюрьме. Но у меня даже не было четкого плана. Мне лишь хотелось выбить из него всю дурь. Заставить заплатить за то, что он творил со мной. Вот только доказательств тому не было. Ничего, что могло бы усадить его за решетку. К тому моменту уже прошло десять лет, к тому же на него ни разу не заявляли. Я понимал, что мне не на что будет опереться. Кому они поверят? Мне или парню, который волонтерил в церкви и брал приемных детей, показывая миру, что он хороший отец для своих двоих детей с особенностями развития? Но в то время мне было наплевать. Я бы скорее сгнил в тюрьме, чем позволил ему выйти сухим из воды.
Но Джуд… он мыслил более рационально. Он придумал план. Сделать флаер с его фотографией и предупредить всех его соседей об опасности. Мы сделали тысячи копий и распространили их повсюду. По всему району, где он жил. Церкви. Школы. Продуктовые магазины. Парки. Места, куда ходят матери с маленькими детьми.
– Получается, ты его не избил? Не причинил ему вреда?
Броуди провел рукой по лицу.
– Я этого не говорил.
– Отлично. Потому что я хочу услышать, как ты отрезал его член и скормил тот ему. Этот мужчина не заслуживает того, чтобы расхаживать на свободе.
– У тебя есть склонность к насилию, ты же в курсе?
– Знаю. Просто… я хочу справедливости для тебя. Так что ты сделал?
Он погладил себя по подбородку.
– Мы раздали все флаеры. Но только
– Правда?
– Ага. Я воспользовался швейцарским армейским ножом Джуда и вырезал на его груди «Растлитель малолетних», чтобы все знали, кто он такой, если тот когда-нибудь снимет рубашку.
– Что случилось потом?
– Его сдала жена. Когда та узнала о его пристрастиях, ей стало так противно, что она вызвала полицию. Несколько лет спустя женщина написала мне письмо. Разыскала меня на одном из родео, чтобы отдать его. Думаю, она была слишком занята заботой о детях, поэтому не заметила, за какого монстра вышла замуж.
Несколько минут мы молчали: я размышляла о его истории и о том, каким образом этот отвратительный, мерзкий человек издевался над ним. И что женщина вышла замуж за чудовище, даже не подозревая об этом. Хотя я сомневалась в этом. Как можно не знать мужчину, за которого выходишь замуж? Хотя кто знает. В мире много ненормальных. Никогда не знаешь, на что они способны.
– Спасибо, что доверился мне. Это многое значит для меня, Броуди. И сейчас я смотрю на тебя так же, как вчера. Я не вижу в тебе жертву. Как по мне, ты самый сильный человек, которого я когда-либо знала. Ты три метра ростом и пуленепробиваемый.
– Да, в общем, эта ситуация долго выводила меня из себя. Но после я решил, что оставлю прошлое в прошлом, где ему и место. Как сказал Уолт, если ты позволяешь чему-то брать над тобой вверх, это в конечном счете уничтожит тебя. Разум – опасное место. Нужно перестать зацикливаться на том, что ты не силах изменить, и просто продолжить двигаться дальше. Но это не всегда дается легко.
Как я раньше не увидела, какой Броуди замкнутый? Он был самым честным человеком, которого я когда-либо встречала. И оказалась права на его счет с самого начала. Он прошел через шторм и множество ужасных событий в жизни и вышел другим человеком. Немного потрепанным и разбитым, но не сломленным. Его характер во многом сформировался благодаря тому, что он пережил этот шторм и не позволил ему уничтожить его.
