Когда я стала тобой полностью

Красно-синие огоньки мигают перед нашим домом. Я открываю дверь, на крыльце стоят двое полицейских.

– Отдайте мне сына!

Ребенка вырывают из моих рук, теперь уже пустых и холодных.

Рафаэль уезжает, ни разу не оглянувшись.

– Келли? – Голос Кристины вырвал меня из воспоминаний. – Все нормально?

– Да. – Я подняла бокал и отпила немного вина. – Очень за вас рада.

Она склонила голову набок и посмотрела на мужа.

– Джоэл, не достанешь лазанью из духовки?

– Сейчас.

Когда он вышел из комнаты, Кристина придвинулась поближе и спросила:

– С тобой точно все в порядке? Ты словно в облаках витаешь… Это из-за Рафа?

– Ну… да, наверное. Я немного за него волнуюсь. – Врушка.

– Все будет хорошо, – сказала она, коснувшись моего колена.

– Да, конечно. Ты права.

Кристина внимательно на меня посмотрела.

– Дело ведь не только в нем?

Под натиском ее взволнованного тона я сдалась.

– Мне в последнее время как-то одиноко. Огромный пустой дом, вечная тишина…

– Представляю, – тихо ответила Кристина, а потом улыбнулась. – О, придумала! Оставайся у нас на выходные, если хочешь. Дети все равно уехали к бабушке с дедушкой.

Я отказалась от заманчивого предложения и поблагодарила ее.

– Уверена?

– Вам с Джоэлом хочется побыть наедине, так что я не стану мешать.

Кристина, будучи хорошей подругой, явно готовилась что-то возразить, но вместо этого с улыбкой сказала:

– Да, мы давненько уже не…

– Ты о чем? – В дверях гостиной появился Джоэл.

– Давно не ели, говорю. Ужин готов?

– Ага.

– Потрясно. – Она встала и улыбнулась мне. – Подлить еще?

Я допила остатки вина и кивнула. Мой телефон, лежавший на журнальном столике, заиграл рингтоном Рафаэля, и я вздрогнула.

Кристина засмеялась и взяла мой бокал.

– Ты пока поговори, мы будем в столовой.

Я повернулась к ней спиной и поднесла мобильник к уху.

– Раф?

– Привет. – Его голос звучал устало и как-то отдаленно.

– Ну, как дела?

– Подробностей не знаю, но прогноз вроде бы хороший.

– Как он упал?

– Не представляю. Речь у него сейчас довольно бессвязная. Правда, все время говорит про тебя.

– Серьезно? И что он сказал?

– Думает, что ты недавно к нему приходила.

– Что-что? – Я давно не навещала папу Рафаэля, и мне вдруг стало стыдно.

– Не обращай внимания, он несет какой-то бред. – На заднем фоне послышался шум. – Ой, прости, Келли, мне пора.

– Ну ладно.

– Перезвоню позже, хорошо?

Я не успела ответить, как в трубке уже раздался щелчок. Я уставилась на телефон, чувствуя, что меня мутит.

– Порядок? – Кристина вернулась в гостиную.

– Кажется, да, – ответила я, шумно сглотнув. – Раф и сам пока особо не в курсе.

– Он сегодня приедет домой?

– Вряд ли.

– Если что, мое предложение по-прежнему в силе.

Я вновь соврала подруге, сказав, что не стоит за меня волноваться, и пошла следом за ней в столовую.

В воскресенье утром я сидела на кухне, ела хлопья и пила чай. В доме что-то поскрипывало, тикали часы, где-то вдалеке лаяла собака. Вот к этому теперь и сводилась моя жизнь: редкие звуки среди тишины пустого дома. С зевком я откинулась на спинку стула – спала сегодня плохо. В голове роились мысли о тебе и Салливане.

Глядя на стул, на котором всегда сидел Аарон, пока жил с нами, я представила, как он склонился над тарелкой с печеньками. Я часто пекла их в его детстве, и даже будучи подростком Аарон не упускал шанса перекусить после школы молоком и печеньем. Раф считал, что нужно кормить его чем-то более питательным.

– С кем это ты сегодня болтал после уроков? – спросила я у Аарона.

Он откусил большой кусок печенья с шоколадной крошкой, проглотил его и вытер липкие следы вокруг рта. Волосы у него были взъерошены и беспорядочно торчали.

– А, это Тесса. Бен с ней раньше встречался.

– Что-то ты давно мне ничего не рассказывал про Бена.

– Ну да, – пожал он плечами. – Мы теперь почти не общаемся.

Я с интересом изогнула брови.

– Из-за Тессы?

– Да, наверное.

– Она тебе нравится?

– Кто, Тесса? – Его голос зазвучал на тон выше. – Она классная, но между нами ничего такого нет.

– Боишься нарушить «пацанский кодекс» и задеть Бена? – спросила я, гордясь своим знанием современного сленга.

Однако Аарон в ответ лишь наморщил лицо и усмехнулся.