Когда я стала тобой полностью

Я встала на колени, взялась за края дверей. Аарон мысленно улыбнулся и кивнул мне. Я надавила изо всех сил и была уверена, что отверстие стало шире, но потом просунула руку – ничего не изменилось. Надо было почаще ходить в спортзал с Кристиной. Она бы одним махом разорвала этот сарай на мелкие кусочки. Если вырвусь на свободу, то начну качаться или пойду на занятия по самообороне. Не хочу снова стать жертвой.

Но для начала нужно выбираться отсюда.

Небо почернело, по-волчьи завыл ветер. Дождь застучал по крыше.

Опять гроза.

Руки жгло от боли, веки смыкались.

Я набрала еще дождевой воды, легла на пол и, укутавшись в старые одеяльца Аарона, закрыла глаза. Сжимая пальцами мягкую ткань, я уснула.

Меня разбудил грохот мусоровоза.

Обычно я не обращала на него внимания, но сейчас… Наконец-то мне есть, за что зацепиться. Сегодня среда, день вывоза мусора! Ты притащила меня сюда в воскресенье, значит, я провела в сарае два дня и три ночи.

Я допила остатки воды в чашке.

Снаружи было тихо, гроза прекратилась. Сквозь щель проникал яркий свет, стало теплее. Откуда-то доносился сладкий цветочно-травянистый запах. Наверное, на небе сейчас сияла радуга – вот бы ее увидеть. Символ надежды. Я не религиозный человек, хотя иногда хожу в церковь. И Аарона туда водила несколько раз, считая, что именно так поступают хорошие родители.

Я знала много библейских историй, в том числе и о Ноевом ковчеге. Радуга – важный божественный знак, и ее вид всегда меня умиротворяет.

Посмотреть бы на нее и успокоиться. И испытать надежду.

Я поставила чашку на пол и опустила голову. Надо было оставить хоть немножко воды, но меня ужасно мучила жажда. Вряд ли снова пойдет дождь, поэтому выбора нет – надо выбираться отсюда прямо сегодня.

Голова раскалывалась, все мышцы были напряжены. Даже кожа саднила. Вчерашняя непогода придавала мне сил, а теперь дождь и ветер унесли мою мощь в какой-нибудь соседний город.

Я расстроенно откинула голову назад и молча молила тебя вернуться.

Однако с приходом дневного света я осознала всю жестокую реальность: спастись невозможно.

Где-то вдруг хлопнула дверца машины. Залаяла собака, прошуршали шины.

Может, прекратившийся дождь все же пойдет мне на благо? Кажется, люди наконец-то вылезают из своих домов.

– Помогите! – закричала я во все горло. Точнее, попыталась – во рту было так сухо, что из него вырвалось лишь тихое хрипение. Такие звуки могло издавать какое-нибудь маленькое животное. – Помогите! Это Келли Медина! Меня заперли в сарае!

О боже, все бесполезно. Я сама себя едва слышу. Только голова сильнее разболелась.

Я накрыла лицо руками, помассировала лоб пальцами, чтобы ослабить боль. Перед глазами все поплыло. Я опустилась на пол и на мгновение закрыла глаза.

– Мам?

Резко подскочил пульс, и я сжала в руках коробку с подарком. Аарон приехал на зимние каникулы всего несколько дней назад, и я еще не привыкла к тому, что он снова дома.

– Чего не спишь? – спросила я.

– Еще не поздно.

Он сел рядом со мной на диван. Комнату освещали только елочные гирлянды. Я наспех обернула коробку подарочной бумагой, заклеила скотчем по шву и положила под елку.

– Уже полночь.

– Говорю же, не поздно, – улыбнулся Аарон.

Я иногда забывала, что он уже взрослый. Мне-то он всегда казался маленьким мальчиком.

– А я думала, ты спишь. Поэтому и решила заняться подарками.

– Я ничего не видел, честное слово, – сказал он и перевел взгляд на яркие красно-зеленые коробки. – На моем написано «От Санты»?

– Ага, – усмехнулась я.

– Я давно в него не верю.

– Знаю, – чересчур обиженным тоном ответила я. – Ты перестал в него верить, когда тебе исполнилось восемь. До сих пор отчетливо помню тот момент.

Аарон рассмеялся.

– Ты так расстроилась, когда я не захотел идти в торговый центр и фотографироваться с Сантой.