***
Уже как месяц Оливер ощущает, что он правда живёт, а не просто существует. Ох, какое же это оказывается прекрасное чувство – Жить.
Казалось бы, ситуация дома никак не изменилась, и родители всё так же несут лишь негатив, а одноклассники продолжают относиться к новенькому как к пустому месту, но всё это забывалось, стоило Оливеру подняться на крышу, где его каждый обед и вечер ждал Друг!
Да, именно друг. У Оливера никогда не было друзей, и Эйден стал первым и единственным, кому юношу свято верил, не зная почему. Казалось, светловолосый юноша не способен его предать или обидеть. Эйден был внимателен и умел слушать, что было очень важной чертой для Оливера.
В обед парни болтали пока Оливер ел купленную в столовой еду. Эйден никогда ничего не ел, и хоть друг пытался угостить его, но тот всё время отвечал, что он не голоден. Юноша выглядел худым, но Оливер не мог заставить его есть силой.
Если убрать этот нюанс, то в остальном юноша был просто самим ангелом, вежливо разговаривая с другом, поддерживая его, слушая, и выражая своё мнение, которое всегда было мягким, как и его кожа.
Оливер не мог понять, почему сидя рядом с Эйденом ему хочется коснуться его. Это было странно, они ведь друзья! Подростка тянуло к светловолосому юноши как к магниту, но он сдерживался, боясь разрушить то, что и так чудом смогло построиться.
Долго думая и ночами рассуждая о своём вопросе, в конечном итоге голубоглазый юноша осознал, что Эйден вызвал в нём интерес с самого начала, и он был вовсе не дружеский, а любовный. Какой просто друг будет всю ночь не спать, думая о друге, который даже ещё не является другом? Зачем просто другу носиться по всей школе как угорелый, пытаясь найти того, кто проявил к нему капельку заботы? Оливеру с самого начала приглянулся юноша, но он не мог себе признать это. Всё же, Эйден парень, а парень с парнем не могут влюбить друг другая. Так говорил отец...
Сидя возле Эйдена, юноша ощущал, как они близки, но в тоже время так далеки… Новый друг не рассказывал Оливеру о себе. Он лишь слушал, попутно что-то говоря, но ни разу не говорил хоть что-то о себе. Общаясь больше месяца, юноша не видел Эйдена в школьных коридорах, будто парень только и делает, что днями на пролёт сидит на крыше.
— Не хочешь прийти ко мне в гости? — пришёл с неожиданным предложением Оливер, явно удивив своего друга, но и будто чем-то расстроив.
Юноша уже раз десять желал пригласить своего нового друга к себе или погулять с ним, или сходить в кино, да не важно куда, главное подальше от школы, но Эйден всегда отвечал одно и тоже.
— Извини, не могу, — проговорил юноша, отвернувшись от друга.
— Ну можно не сегодня, а в другой день. Например, на выходных или…
— Я не могу. — уже более громче выдал Эйден, от чего юноша напротив примолк, опустив голову.
— Ты… стесняешься нашей дружбы, да? — сделал вывод Оливер, считая, что друг не просто так видится с ним лишь на крыше, и не желает даже прогуляться вместе.
— Это.. не так, — обернувшись, проговорил юноша.
— Тогда почему ты не хочешь проводить со мной время вне крыши? — будучи и впрямь подавленным данным фактом, спросил паренёк, в ответ получив лишь грустный взгляд, — Я слишком много прошу…? — вздрогнул паренёк, ощущая себя невероятно жалким.
Эйден приоткрыл рот, желая что-то сказать, но после тут же закрыл его, неожиданно для Оливера сказав нечто ужасное.
— Пора с эти заканчивать. Извини. — отвернувшись от друга, юноша помчался прочь с крыши от ничего не понимающего друга.
— Что..? Стой! — отойдя от шока, Оливер бросился за другом, но стоило парню открыть дверь с крыши, как он впал в ступор, ведь Эйден негде не было, — Что…? Почему…? — ничего не мог понять Оливер, ощутив, как по его щекам пошли слёзы.