Юдит отдала горничной пальто и перчатки, а намотанные на ноги тряпки сняла сама — всякому унижению есть предел. Ее провели прямо в гостиную, хотя она сопротивлялась, опасаясь, что на мозаичном паркете останутся мокрые следы. Щеки ее алели скорее от смущения, чем от холода, и как только немец ушел, чтобы принести чего-нибудь согревающего, она засунула мокрые тряпки под кресло, прочь с ковра. В кафе он сам с помощью официантки обернул ей ноги полотенцами, обвязал упаковочной веревкой и, несмотря на возражения Юдит, заплатил официантке за причиненные неудобства. Серая штопка на чулках постыдно выделялась даже в сумрачном свете кафе, каждый стежок. Тряпки скрыли ее на время, но теперь в свете хрустальной люстры все оказалось на виду, и Юдит стыдливо пыталась поджать ноги под себя. Перед ней появился таз с дымящейся водой, горчичный порошок, полотенца и мягкие тапочки с дрожащим помпоном из перьев. На диване лежала грелка, из граммофона доносилась музыка Листа. Юдит не спрашивала, откуда горничная этого немца возьмет обещанные ботинки. Губы ее посинели, хотя в гостиной было тепло. Она едва взглянула на него, когда он вернулся с хрустальным графином и стаканами, закрыла глаза и попыталась запомнить его лицо, потому что не хотела его забыть, такую красоту забыть нельзя. Пульс стучал под носовым платком, спрятанным в манжетке, вышитая буква “Ю” царапала кожу, просто “Ю”, без фамилии. Мужчина опустил поднос на столик у дивана, налил в стаканы вина и отвернулся, чтобы Юдит смогла снять чулки. Юдит поняла намек, но не знала, как действовать, а потому схватила стакан с вином и выпила его, словно воду, одним махом, чтобы наконец вспомнить, что значит быть женщиной, как должна вести себя женщина. Все ее прежние попытки сводились к неудачам на супружеском ложе, но она не хотела думать о них, а просто выпила еще вина, налила сама себе и выпила, а он слегка повернул голову, услышав звон, и его взгляд упал на широко распахнутые ресницы Юдит, и взгляд этот не был смелее, чем глаза Юдит, и не более уверенным, чем ее застывшая на чулке рука.
