– Боюсь, – прорычал Деймон, – из этого ничего не выйдет. – Обернувшись через плечо, доберман резко, глухо гавкнул.
Троих друзей окружила дюжина натасканных псов. Одна половина обошла их слева, другая – справа. Макс, Крепыш и Гизмо оказались в кольце; псы обнажили зубы и глухо рычали.
– Идите! – скомандовала Дейзи. – К лифту. Сами. Или мы затащим вас туда.
Взвизгнув от злости, Гизмо кинулась вперёд с криком:
– Не в этой жизни, дамочка!
– Гиз! – попытался образумить терьершу Крепыш. – Не надо! Хуже будет!
Дейзи подскочила, раскрыла пасть, чтобы схватить маленькую терьершу поперёк спины.
– Погоди! – гавкнул Макс.
Доберманша остановилась, едва не перекусив Гизмо пополам. Но малышка по-прежнему гневно скалилась, не желая отступаться.
Пригнув голову, Макс заслонил собой терьершу, вынуждая Дейзи посторониться, и сказал:
– Мы пойдём. Не трогайте нас.
– А это уж от вас зависит. – Дейзи со смехом вернулась в строй и встала рядом с Деймоном.
Макс посмотрел на Гизмо, потом на Крепыша. Кивнул, пытаясь успокоить их, и пошёл к стеклянному лифту, слыша сзади шаги друзей.
У лифта Деймон подпрыгнул и нажал кнопку открывания дверей. Отряд натасканных псов наблюдал за сценой издалека, всё время рыча, а Дейзи и Деймон щёлкали зубами за спиной у троих арестантов, пока те не оказались в лифте. Деймон зашёл в кабинку следом за ними, подпрыгнул, чтобы надавить на другую кнопку, и быстро выскочил наружу, прежде чем двери успели закрыться и поймать его в ловушку.
– Не одно, так другое, – простонал Крепыш, когда двери задвинулись. – Сперва бедная Мадам, теперь это. До чего всё сложно в этом мире!
– Всё будет хорошо, – успокоила такса Гизмо и потёрлась носом о его бок. – У Макса есть план. Верно, Макс?
Тот раскрыл было пасть, чтобы ответить, но тут лифт заскользил вниз. Они спускались мимо тёмных этажей здания к променаду.
Однако кабинка не остановилась на первом этаже, а продолжала движение вниз.
– Ого, что это происходит? – Крепыш насторожённо вскочил на лапы.
– Думаю, мы едем вниз, – сказал Макс, наблюдая, как этаж с променадом ползёт вверх, а кабина лифта погружается во тьму.
– Опять в метро? – спросила Гизмо, когда было уже почти ничего не разглядеть. – Зачем нам туда?
– Кажется, это не метро, – произнёс Макс.
Через мгновение лифт остановился. В темноте стеклянные двери со свистом открылись, за ними обнаружилась другая дверь – металлическая. Макс подумал было, что их заточили в лифте, но тут металлическая дверь, скрипя, отъехала в сторону. На пассажиров лифта потёк тусклый жёлтый свет.
Прямо напротив стоял Председатель. За его спиной послушно сидели в ряд крепкие, натренированные псы и молча слушали.
Глава Корпорации принюхался, потом выкатил тёмные глаза:
– Какая потеря. Пошли, Макс. И твои приятели тоже.
Доберман повернулся и зашагал на тёмную бетонную площадку. Тут и там потолок подпирали большие колонны. Макс видел очертания брошенных людьми машин. Видимо, это была подземная парковка.
Пёс замешкался, бросая взгляды по сторонам: вдруг тут есть выход, через который они могли бы сбежать?
– За мной! – рявкнул Председатель.
Шесть псов с оскаленными зубами мигом загородили дверь лифта. Макс молча пригнул голову и пошёл по холодному бетону, друзья – следом. До чего тошно изображать покорность! Но сейчас без этого никак.
В окружении шести псов Макс и его приятели двигались к тому месту, где в ожидании стоял Председатель, – у загородки из ячеистой сетки, которая протянулась через всю парковку. Здесь собаки-охранники встали полукругом позади троих друзей, чтобы отрезать им путь к бегству.
Доберман с отвращением качал головой, шагая взад-вперёд перед Максом.
– Я дал тебе шанс стать частью грандиозного плана, – сказал он. – Но вместо того чтобы влиться в моё новое сообщество, ты попытался ослушаться меня.
– Знаешь, Трезор, ты ничем не лучше Дэнди Когтя! – вдруг протявкала Гизмо. – Так не уверен в себе, что боишься дать свободу другим!
Макс замер и приготовился к тому, что сейчас Председатель бросится на Гиз, как Дейзи наверху. Вместо этого он встретился взглядом с терьершей, хохотнул и медленно проговорил:
– Да, так может показаться. Но дело не в том, что я не уверен в себе, детка. Речь о том, каким должно быть цивилизованное собачье общество. Один отвечает за всё, остальные слушаются и сидят у моих лап. В противном случае мы погрузимся в хаос, как уличные псы. Ну правда, кто из нас хочет жить в хаосе? Это так… – Его передёрнуло.
– Цивилизованное, да? – проворчал Крепыш. – Мы видели, что ты сделал с Мадам! Разве это цивилизованно – ломать собаке ноги и оставлять её умирать?
