– Не казни себя, Нафар, – сказала Ласка, читая его мысли. – В этом нет твоей вины. Ну что, друзья мои, пойдемте наверх, у нас есть еще дела, – с улыбкой обратилась она к победителям.
– Да-да, конечно, ты права, – торопливо заговорил полуволк и попытался подняться с трона, но атрофированные мышцы не удержали его. Едва привстав, он бессильно опустился обратно.
– Ничего, папа, – сын подхватил отца с одной стороны, а дочь – с другой, – скоро ты у нас будешь бегать, как молодой. – Грей бросил взгляд на волочащиеся сзади волосы и бороду. – Мы пострижем тебя, побреем – и будешь совсем как новенький!
Повеселевшая толпа направилась обратно в храм.
«Диадемы больше нет, а бериаллы вернулись к хозяину. Как же мне теперь лечить свою маму и селян?..» – только и успела подумать Майя, как перед ней возникла миэрита Ласка. Положив невесомую кисть руки ей на плечо, она произнесла:
– Соул прозрел и вновь может управлять душами. Не волнуйся за свою мать. Она жива, здорова, она как прежде, молода, и очень волнуется за тебя…
6
Процессия во главе с Лаской шла по коридорам Храма душ. Они все еще хранили беспорядок, оставшийся после битвы. Трупы карликов, морраков, калу, брошенное оружие и пятна крови составляли безрадостную картину нынешнего состояния некогда священной обители правительницы Гринтайла.
– Мда… – протянул Фат, оглядывая облезлые и местами обрушившиеся стены, потрескавшиеся плиты пола. – Уборка предстоит нехилая…
– Да, – поддержал Нафар, – я займусь этим немедленно, – он виновато взглянул на свою госпожу, – вот только...
«Так глупо и бесславно попался, так бездарно потратил целых девятьсот лет!» – думалось ему.
– Займись сначала собой, Нафар, – улыбнулась Ласка. – А развеять вековую пыль – для меня это, как размяться после долгой спячки да разогнать застоявшиеся силы.
В тот же миг в зале поднялся белый вихрь… Поднялись со дна провала обрушенные Элераной Хартс обломки напольных плит и встали на свои места, будто новые. Трещины на стенах срослись, а навощенный паркет засверкал без единого пятна крови и копоти. Ярко загорелись свечи на огромных люстрах, разгоняя полумрак, и огромные витражные стекла засверкали от чистоты.
– Знаешь, Нафар-дружище, – предложил Фатэн таэру, – мне кажется, тебе просто необходимо пообщаться с моей супругой Мариэль. Она у меня знаток всяких отваров и лечебной магии, – быстро расправит твои дряхлые слежавшиеся кости! Да и вам, друзья, не мешает отдохнуть и подкрепиться, – обратился он к отважной четверке ратников Света. – Приглашаю всех в Арун!
– Я очень рада, что любезный профессор пригласил вас всех в Арун, – сказала им Ласка. – Я, к сожалению, ничего равноценного для отдыха вам предложить не могу. Сейчас Арун – это единственный зеленый островок – оазис в мертвой пустыне Дрэймора! Даю вам на восстановление сил неделю, а после каникул всю вашу героическую четверку и моего старого друга Нафара я жду в Храме Душ. А чтобы вы не терялись в догадках, для чего миэрита пожелала вновь видеть рыцарей Света, открою вам некоторые из дворцовых тайн.
Тебе, Фатэн, предстоит огромная работа по возрождению Академии Наук и Магии. Грей! Пойдешь вершителем в Турулл. Майя! Вместе с Мариэль будешь трудиться в Зеркальном Лабиринте, вас ждет чрезвычайно тонкая и терпеливая работа по возрождению утраченных идеалов. А Фалькону я предлагаю весьма ответственную должность: будешь служить таэром в правительстве Гринтайла. Нафар – возглавит Ведомство по восстановлению разрушенного хозяйства. А Моран встанет во главе Службы безопасности Гринтайла.
7
Шестеро друзей стояли на высокогорье перед окружающим Храм Душ рвом и озабоченно смотрели на полуразрушенный, опустошенный город.
– Вот мы и вернулись домой, – сказал Грей. – Кто ж знал, что мы покинем Мэллон навсегда. Мы остаемся с тобой, папа!
– Здесь наш дом, – поддержала его Моран. – Работы здесь много. Будем вытаскивать страну из разрухи.
– Ничего, скоро Врана опять зацветет! – ободряюще проговорил Фатэн. – Уж я-то знаю, как позаботиться о том, чтоб все вокруг зазеленело.
– А хмарь-то висит… Когда еще все восстановится, – удрученно заметил Нафар, оглядывая мертвенно-бурую мглу, окутавшую город.
Ему не ответили: мужчины сосредоточенно ремонтировали шестиместный паланкин, пострадавший во время наезда на Хартс, и теперь, когда все позади, каждый из них, наконец-то, мог позволить себе расслабиться, да и усталость давала о себе знать. Майя относительно своей дальнейшей жизни думать пока не хотела. Главное, что мама выздоровела и, давно уже ждет ее не дождется, да и Майя так бы сейчас и рванула к своей мамочке, но смутная неопределенность пока удерживала ее там, где
Фалькон после победы над Хартс все время молчал, и теперь, возвращаясь в родную семью, он испытывал глубокое смущение и неуверенность – простят ли его? Да и с любимой девушкой пока ничего не ясно…
