Флер стояла, раскачиваясь в разные стороны, как былинка на ветру, и водя по сторонам пустым взглядом. Майя бережно поправила на ней разорванное платье и произнесла заклинание, которое восстановило целостность ткани.
– Я верну тебя твоим друзьям, и на этом мы попрощаемся, – с непроницаемым лицом сообщил ей калу.
– Хорошо, пойдем, – согласилась ведьма, – Спасибо большое.
– За что? – усмехнулся юноша.
– За то, что ты вытащил меч и спас Флер.
– Не стоит меня благодарить за это. Я сам его вогнал ей в спину, сам и убрал.
– Но ты стал добрее, и поэтому помог нам.
Фалькон молчал. Майя вздохнула.
– Я надеюсь, ты преодолеешь преграды, которые ставит тебе судьба и которые ты сам себе ставишь… Ты мог бы пойти с нами…
– Это исключено. Фат меня ненавидит, – лицо его стало суровым. – С чего ты взяла, что я хочу идти с тобой? Мне и здесь прекрасно живется. Я со всем справлюсь.
Майя вышла из-за угла здания, расположенного недалеко от места встречи. Фалькон больше не хотел встречаться со старыми друзьями. Одной рукой она поддерживала Флер, другой волокла меч. Глядя на то, с какой легкостью взмахивает им в схватке девушка-волчица, она и подумать не могла, что оружие настолько тяжелое.
– Ну как ты, Майя, Фалькон не обижал тебя? – поинтересовалась Мариэль.
– Нет, что вы, в глубине души он добрый. И с Флер теперь все будет хорошо.
Ведьма двумя руками протянула меч Моран.
– Ну, теперь мы можем отправиться за Греем? – нетерпеливо предложила волчица.
Фатэн помог девушкам забраться в паланкин, закрепленный на спине дракона, и Тайфун взмыл в воздух.
Глава VI.Арун
1
Дракон летел высоко над землей, мощно взмахивая исполинскими крыльями. Новые пассажиры молчали, погруженные в свои думы, тем более, что с высоты драконьего полета обозревать было нечего – глубокий ночной мрак обволакивал проплывающие снизу ланшафты. Только Фатэн и Мариэль изредка перекидывались шутливыми фразами, пребывая в состоянии благодушия. Фат был чрезвычайно доволен тем, что с его женой ничего не случилось. А Мариэль была рада, что все закончилось без жертв, и на этот раз у ее мужа не было никаких гневных обвинений в адрес Фалькона. Моран, как обычно, была спокойна и уравновешена. Она дремала, терпеливо дожидаясь встречи с братом. Майе же было неуютно. Она добилась, чего хотела, жизнь Флер была спасена, но ощущение какой-то неполноты, как будто она не сделала чего-то важного, не покидало ее. Майя даже самой себе не хотела бы признаться, что чувство тревоги, гнетущее ее, связано с этим калу: его печальная история лишила ее покоя, но больше всего ее огорчало, что она больше никогда не увидит его.
По мере приближения к Аруну воздух становился светлее и прозрачнее, и прямо на глазах в лучах утренней зари вся природа вокруг расцветала живыми и яркими красками.
– Вот и утро наступило, скоро покажутся ворота Аруна, – улыбнулась девушкам Мариэль, заметив радостное изумление на их лицах.
За все время их прибывания в Дрэйморе, Майя ни разу не видела солнца. Небо обычно было сумрачно-серым или затянутым грязно-лиловой мглой. А во Вране – так там всегда царила ночь. Так, что девушки заметно оживились и с удовольствием оглядывались вокруг, радуясь, что природа повеселела.
Пролетая над лесом, Майя увидела мощное ограждение из подоблачных дубов, которые живой стеной окружали Арун по всей границе. Даже издали было видно, что эти необыкновенные деревья–великаны были густо оплетены лианоподобными растениями, которые, сплетаясь между собой, образовывали непроходимую изгородь.
– Это Древесные стражи. Они чувствуют настроение. Их никому не удастся обмануть. Тот, кто несет с собой злобные намерения в отношении Аруна – тому лучше не подступать к ним близко, – пояснила Мариэль. – Видите, какие у них яркие желто-коричневые цветы, по форме, по размеру напоминающие звериную пасть? Мы их называем Псы Аруна. Когда подступается враг, они распахиваются и выбрасывают тучи ядовитых удушающих спор. А их вьющиеся кольцами зеленые усы могут хлестать, как плети…
– Смотрите, смотрите! Вот как раз приближается стая морраков. Смотрите, что сейчас будет! – закричал Фатэн, перебив жену.
Знакомые Майе и Моран горбатые и патлатые псоящеры, рыскающие по Вране и ее окрестностям, близко подошли к цветущей изгороди Аруна и, ничего не подозревая, двинулись вдоль ограды, выискивая в просвете между стеблями лазейку, чтобы проникнуть внутрь. Как только один из морраков стал подрывать почву для пролаза, цветы-собаки на длинных стебельках повернув к ним изящные головки, с шипением разомкнули лепестки и выпустили облака каких-то летучих веществ. Хищники Враны, дергаясь и задыхаясь, стали судорожно хватать воздух, разевая клыкастые пасти. Стоящие поодаль морраки попятились, но цветочная стража была беспощадна к тем, кто несет зло в Арун: скрученные в кольца усы растений, со свистом разматываясь, летели, как лассо охотника, захлестывали петлей, связывали и захватывали в плен так, что никому не удалось спастись.
