Отметим, что в России те же самые болгарские книги продолжали переписываться и служить (хотя и в «исправленных» и отредактированных списках) еще столетиями. Почему русские не торопились заменить их “новыми”, греческими? Может быть потому, что не были в состоянии оценить по достоинству православные греческие книги, распространившиеся в Болгарии, и позаимствовать их?
Судьба старых русских книг
Коль скоро первые христиане Киевской Руси придерживались тех же «еретических» с точки зрения православия взглядов, то по логике вещей их книги тоже должны были бы подвергнуться уничтожению и исправлению. И действительно, хотя и не такими брутальными мерами и с гораздо меньшим успехом, «зачистка» текстов проводилась и на Руси.
Вернемся на минуту несколько веков назад, в 1037 год. Тогда Цареградская патриархия возвела в Охридские архиепископы грека Льва Пафлагонского, а в Россию отправила нового киевского митрополита Феофилакта. С этого времени, пишет А. Чилингиров,
Поясним: до “эпохи Феопемпта” 2-го мая Киевская церковь отмечала день святого Бориса, болгарского князя. Канонизировав сыновей Владимира — Бориса и Глеба — византийские иерархи Киевской церкви поставили день чествования их памяти на 2-ое мая и таким образом “убрали” св. царя Бориса из церковного календаря. Об этих действиях «православных» фальсификаторов имеются выразительные свидетельства. Таким является случай с изображением св. князя Бориса Болгарского в рукописи Учительного евангелия Константина Преславского в Государственном историческом музее в Москве, Син. 262, fol. 1., где под изображением, на котором написано «святой Борис» ("сты Борисъ"), кто-то в XII в. добавил "Борисъ Глебъ" — по-видимому, для того, "чтобы пояснить, о ком идет речь" (ЧИЛ4 с. 111).
Список подобных “удалений” неугодных святых можно продолжить. Например, “исчез” из церковного календаря киевских христиан и св. Климент Охридский; его заменили св. Климентом Римским.
Следы этих “реформ” остались, например, в старых синаксариях и минеях. Считается, что из всей литературы "домонгольского периода" в Киевской Руси меньше всего сохранились именно минеи. Но в немногих уцелевших недостает некоторых листов — их кто-то вырвал. И сделал это отнюдь не случайно: на вырванных листах были как раз дни болгарских святых (ЧИЛ4 с. 111). После всего этого трудно усомниться в том, что это была осознанная чистка «еретических» имен и деталей.
Интересен и случай с Остромировым евангелием. Мы уже занимались миниатюрой с изображением св. Луки в главе одиннадцатой. Напомним читателям мнение Чилингирова о том, что лист с этой миниатюрой вырван из более старого списка (скорее всего болгарского происхождения), и дополнительный довод, подтверждающий это — запись имени святого в форме
Чилингиров утверждает, что в сохранившемся списке использованы три листа из оригинала — с миниатюрами трех из евангелистов. По-видимому, они очень понравились писцу новой рукописи и он решил сохранить их, возможно потому, что сам не мог нарисовать такие миниатюры.
Но тогда получается, что в целом оригинал был в неплохом состоянии (как и листы с изображениями трех евангелистов), и его переписали по другим причинам. Зная об «еретичности» раннего болгарского христианства, логично предположить, что именно из-за «ереси» и был переписан — скорее всего, переработан — оригинал.
Узнав о судьбе старых русских книг и традиций, связанных с болгарскими христианами, мы уже можем согласиться с тем, что такая же «чистка» проводилась (и даже куда более усердно) и в болгарских землях, где церковное руководство осуществляли исключительно византийцы.
Теперь попробуем взглянуть по-новому на сведения о крещении Киевской Руси и Владимира и о начальном периоде развития Киевской церкви.
