Лу побежала к ним, затем быстро подалась в сторону и назад, вынуждая противников сломать шеренгу. Она не вынимала меч до первого удара, однако ловко снесла мертвецу ногу; затем скользнула, огибая упавшего, чтобы поразить шедшего сзади ударом кеса в область шеи. Потом вновь отступила в сторону, вынуждая двоих оставшихся столкнуться с первым зомби, пытавшимся встать с колена. Шагнула вперед, нанесла еще один сёмен и уничтожила очередного зомби; ступила назад и повторила прием, уложив последнего. Безногий пытался ползти, но она повернулась кругом и отсекла ему голову.
Сенсей удовлетворенно кивнул:
— Видели, как она их разделила, чтобы удобно было убрать по очереди? Так и нужно: заставляйте их разделиться, не давайте себя окружить. Работайте по краям. Не уставайте поворачиваться.
До нас донесся топот бегущих ног, и Сенсей сказал:
— Роза, будь осторожна, это свежий.
Встревоженные, мы не сводили глаз с опушки. Тварь выскочила из подлеска невдалеке у реки: это была женщина, по виду почти нормальная, даже в целой одежде, и не такая бледная, как прочие, вот только вся в крови и с безумным взглядом. Свежие зомби, зараженные меньше месяца назад, намного проворнее остальных, но не более, чем живые люди. У них сохраняется большая часть физических навыков и некая способность соображать.
— Боже! — воскликнул Ричард. — Это же миссис Стеклс.
Стеклсы уехали три недели назад, надеясь отыскать кого-то из близких.
Я вышла вперед, оторвавшись от остальных, и зомби припустил за мной. Мы их всех обозначаем одинаково, вне зависимости от того, какого пола они были при жизни.
Я приняла позу сейзи, опустившись на колени и сев на пятки. Тварь мчалась ко мне, размахивая руками. Я отсекла ей ступни на уровне лодыжек, подавшись вбок, чтобы уклониться от мечущихся клешней. Упав, она замолотила кулаками, но удивительно быстро оперлась на колени и руки и вновь устремилась ко мне. Тогда я поднялась и рубанула сверху вниз, метя в шею, но она дернулась вперед, и мой удар пришелся по лопаткам, рассекая позвоночник. Зубы щелкнули в нескольких дюймах от моего колена.
Я перепрыгнула через зомби, развернулась и срезала голову, пока та поворачивалась в мою сторону. Оскал пропал, глаза застыли. Передо мной вновь было лицо миссис Стекле.
Теперь стошнило меня.
Подошли остальные.
— Представьте, что столкнулись с большой группой, куда затесался один такой прыткий, — сказал Сенсей, глянув мне в лицо.
— Со мной все в порядке. — Я вытерла клинок.
— Посмотрим, что мы найдем ближе к воде. — Сенсей указал на реку.
К полудню мы истребили около сотни, но они все шли и шли из леса. Мы вынуждали их выстраиваться в очередь и рубили, медленно отступая и не давая заходить с боков. Однообразие этого занятия в конце концов расслабило Ричарда, и он стал вести себя почти как в додзё — сосредоточенно, но без напряжения, расходуя энергию на ускорение клинка и не пытаясь вложить в удар ненужную мускульную силу.
Нам попались еще двое из компании Стеклсов. Один нес бейсбольную биту и помнил, как ею пользоваться. Будто отбивающий перед фастболом,[55] он замахнулся на Сенсея, но тот сделал шаг назад и отрубил противнику кисти, после чего прикончил его ударом кеса. Лу перерубила второму бедро, и Ричард его добил.
Самым неприятным в этом деле было узнавать в чудовищах прежних знакомых. К счастью, зараженные со временем изменяются почти до неузнаваемости: волосы выпадают, а кожа покрывается струпьями, шелушится и распухает.
С такими чуть легче.
Сенсей повел нас обратно к холму, где с футбольного поля открывался хороший обзор во всех направлениях.
— Отдыхайте, — распорядился он. — Можно поесть.
Я не думала, что смогу есть, но тщательно протерла руки спиртовыми салфетками и помахала, чтобы высохли. Сначала, конечно, я подала еду Сенсею. У нас была с собой тортилья с луком, яйцами и бобами; и, едва откусив разочек, я поняла, что всерьез проголодалась. Зато Лу едва прикоснулась к своей порции.
— Хорошо, — сказал Сенсей. — Возвращаемся к воротам.
— Сенсей, мы совсем не искали, — запротестовал Ричард. — Может быть, Диего где-то прячется и голодает!
— Возможно. — Сенсей покачал головой. — Но для поисков нужен свет, а в низинах темнеет рано. Лучше попробовать завтра.
Лу выглядела расстроенной, но молчала. Мне тоже было грустно.
Диего занимался с Сенсеем дольше любого из нас — еще до того, как мы начали изучать фехтование в дополнение к айкидо. Он же привел в додзё Ричарда, своего младшего брата, когда это сделалось жизненно важным: боеприпасы истощились, и стало ясно вдобавок, что пальба лишь привлекает новых зомби.
Мы с Лу считали Диего братом, и в известном смысле это было справедливо — ведь Сенсей мог считаться нашим общим отцом.
У ворот Дэнни не оказалось.
— Наверно, ходит по стене. — Сенсей пожал плечами.
— Он еще не сменился? — спросила Лу.
— Смена часовых в восемь, четыре и в полночь. Он вполне мог остаться еще на час.
Ричард дошел до ворот и громко постучал.
— Прекрати! — приказал Сенсей, но было поздно.
Из кукурузы донесся шорох.
Хоть бы мне никогда не читать «Детей кукурузы».[56]
