Она, молча, зашла в гостиную, где работал включенный почти на полную громкость телевизор, с каналом, передававшим новости со всего мира.
– Альберт еще не спустился? – Анна заметила сидящего в кресле напротив экрана, Виктора. Он словно не уходил после вчерашнего празднования возвращения Саши домой. Еще та была гулянка – словно не было его лет так десять.
– Нет, – откликнулся мужчина, потер чуть тронутый темной щетиной подбородок, и сделал звук потише. Девушка усмехнулась – он снова стал ей напоминать героя из американского сериала про медиков: тот же тонкий орлиный нос и усталый взгляд карих глаз. Какой романтический образ…
– Вчера наследный принц Куроки и его жена… – раздался голос телерепортера. Анна обернулась к экрану лицом и подошла ближе к сидящему гостю, что бы лучше видеть.
На экране под светом фотовспышек улыбающиеся Куроки и Сора посещали очередное благотворительное мероприятие. Но Анна не слушала репортера. Заворожено рассматривая округлившийся живот упонской принцессы и инстинктивно прижала руку к своему. Пусто. Она чувствовала, как страх снова засасывал ее в пустоту, что убивала изнутри. Губы княжны немного дрогнули, когда Сора так нежно и невесомо провела по своему красивому животу.
Виктор перевел взгляд с экрана на девушку, так обреченно, по его мнению, смотревшую перед собой, и молча, дотронулся до ее руки на животе.
– Однажды это случиться и с тобой, – его голос был нежен и заботлив, словно успокаивающий ветер, гуляющий в ее далеком детстве. Девушка посмотрела на него сверху вниз и грустно улыбнулась – ему показалось, что в этот миг она словно была лет на двадцать старше, чем есть на самом деле.
– Я тоже на это надеюсь, – она сжала пальцы его руки. Он был так ей… привычен. Она чувствовала себя рядом с ним спокойной, интересной и ей хотелось разговаривать с ним. Смеяться и узнавать. А он давно уже перестал называть ее про себя «девочкой» и замечать разницу в возрасте, дистанцироваться и очерчивать рамки дозволенных разговоров. Альберт его убьет, если узнает что в свои тридцать три он, кажется, влюбился в это создание, что последние два года постоянно одаривало его своим вниманием. Глупо, глупо, глупо. Он будет ей хорошим наставником и советником. Ему просто давно не улыбалась удача на личном фронте.
– Ты встретишь с нами Рождество? – она все еще не выпускала его руку, будто наслаждаясь ее теплом. – Альберт обещал грандиозный салют.
– Так значит, на ваш День Рождения я не приглашен? – Виктор изобразил обиженное изумление и осторожно освободил свою руку. Он встал перед ней и уже он сверху вниз рассматривал ее хитрое лицо с чертями ехидства в глазах. Как же это его забавляло и интриговало.
– Я вышлю вам официальное приглашение на свое двадцатипятилетние, – губы княжны растянулись в улыбке. Она не понимала, что заигрывает с ним. Ей казалось, что это обычная словесная баталия как у них с Куроки. Виктор фыркнул и отошел на шаг назад – он не имел права настолько заигрываться и терять контроль. Слишком близко. Непозволительно.
– Разве тебе нужно особо приглашение на наш скромный семейный ужин? – неожиданно из озорного тона, ее голос перепрыгнул в меланхоличный. Вот она метающаяся женская душа. – Ты же знаешь… Будет множество гостей, из которых я буду знать лишь единицы и буду ждать, когда же всех позовут в зал для танцев.
– Смею занять первый танец? – спросил Руже, поддавшись слабости.
