Чуть первые сумеречные тени опустились на первую ступень главного балкона дворца, по всему княжеству начали загораться разноцветные огоньки, освещающие своими разноцветными отблесками здания и статуи.
Снег, чаще всего окропленный синим светом лапочек, лежал повсюду мелким ровным слоем, помогая людям создавать некое подобие сказки.
На огромном балконе дворца, стоявшего в центре Грепиль – Вилля, уже собрались все гости, пришедшие сегодня на празднование Рождества, совместно с августейшей семьей. Все они рассматривали темное, почти беззвездное ночное небо, над своими головами.
– Вы все – таки пришли, – к Виктору, что стоял немного в отдалении от прочей толпы, подошла Анна, конечно же, не накинувшая ничего теплого на свои оголенные плечи, в который раз наступая на грабли «и – это – по – вашему – холодно?». Это Рождество она решила встретить в темно – синем шелковом платье, по цвету схожем с водой океана, омывавшего берега княжества: оно словно подразумевало смирение и холодность, предавая своей хозяйке еще немного серьезности.
– Да. Пришел, – мужчина обернулся к ней и неодобрительно покачал головой. – Ваше Святейшество, что ни Рождество, а вы стремитесь заболеть.
Девушка фыркнула, но машинально потерла плечи: она внезапно вспомнила, что видела похожую сцену в одном из рекомендованных фильмов Куроки. Правда, тот заканчивался не лучшим образом.
Виктор, молча, снял свой пиджак и набросил его ей на плечи. Сегодня он здесь был без пары, в очередной раз, не сумев удержать свои отношения. Его постоянно винили в том, что он слишком опекает, внимателен и не конфликтен. Да, ему нравились свободные птицы, что могли бросить вызов, но больше ему подходили те, что умели находить компромисс и желали, как и он тихой старости на берегу океана.
– Спасибо, – улыбнулась Анна и посмотрела ему прямо в глаза. Чуть – чуть прищурившись от улыбки с пляшущими чертиками в глазах.
«Ах!» Послышался вздох толпы: все горящие огни Грепиль – Вилле погасли. Значит, через десять секунд наступит полночь и наступит грандиозный салют, задуманный Альбертом.
За секунду до первого залпа, словно это было запланировано и многочисленно обдумано заранее, Анна привстала на носочки и легко коснулась губ Виктора.
– С Рождеством, – все еще улыбаясь, произнесла она, и чуть повернув голову начала наблюдать за тем, как на темно – синем бархате неба рождаются и умирают всплески разноцветных огней.
Второй залп. И девушка почувствовала, наконец, как немного неловко пытается ее приобнять за плечи Руже. Она нисколечко не корила себя за этот секундный порыв – ее сердце трепетало, хотелось смеяться и бежать, веселя остальных. Так хорошо, радостно и спокойно. Почему она не совершила это безумие раньше? Как приятно он ее обнимает.
– С Рождеством, – прошептал между залпами Виктор и поцеловал макушку ее осветленных каштановых волос, чуть крепче ее, прижав к себе. Мужчина старался успокоить свое беснующееся сердце, что колотилось в груди. Он словно вернулся на пятнадцать лет назад в тот день, когда впервые влюбился. И в этот раз это незабываемое чувство Виктор не желал отпускать.
Часы уже давно пробили полночь и наступило первое января. Этот новый год она встретила в новом месте и с новыми ощущениями внутри. Ей хотелось смеяться, сжимать себя руками, бегать с криком и все это одновременно. Как возможно это ощущать и не разрываться на части? Впервые за долгое время она не вспомнила о Куроки целую неделю. Предала она его или просто наконец-то отпустила?
Впервые. Впервые. Впервые ночевала в Грепиль – Вилле не во дворце, впервые у мужчины, впервые покраснела просто от самой мысли. Анна потянулась в пустой кровати. Видно Виктор уже встал. Черт, он видел ее не накрашенной, спящей и без укладки на волосах.
