— Товарищ полковник, я вчера в наряд заступил, — оправдывался лейтенант, — прихожу после развода к месту несения службы, смотрю бардак — канава какая-то, а завтра проверка. Чтобы помощники дежурного по КПП ночью не расслаблялись, я и дал им команду — закопать!
— Тебя кто просил самодеятельность проявлять! — Опять перешел на ультразвук зампотыл. — Мне сегодня надо кабель к боксам заложить, кто траншею раскапывать будет?!
Проверяющие себя долго ждать не заставили, "Чайка" командующего армии и штабной автобус притормозили на КПП.
Круглов подошел к "Чайке", дождался когда из нее выберется Слипченко отдал команду "смирно" и представился:
— Командир дивизии генерал-майор Круглов! Здравия желаю товарищ генерал!
— Вольно, генерал, — барственно отмахнулся Слипченко. — Мы с вами старые знакомые, помню, помню, весной у вас был. Посмотрим, что у вас изменилось в лучшую сторону.
"Надо готовить дивизию к выводу, а не с кисточками вытанцовывать", — про себя прокомментировал Круглов слова памятливого начальника.
— Давайте пройдемся пешком до штаба, посмотрим незамыленым глазом на ваши успехи, — Слипченко двинулся вперед по аллее.
Круглов поторопился следом, отставая на пару шагов, предоставив Слипченко оценить изменения.
— Я припоминаю, у вас тут липы росли, смотрю выполнили мой приказ, елки посадили. Красота, просторно, светло стало. А так эти вековые монстры, весь свет в штабе загора…, - запнулся Слипченко, смотря на покосившуюся елку, "высаженную" в полутора метрах от бордюра, — …живали.
— Это, что?
— Да приросла неровно, товарищ генерал! — отбоярился Круглов.
— Не порядок, опять мне вас учить, что в армии все должно быть как по линеечке, замахал руками Слипченко, и эти елки надо было садить по шнурку. Натянуть по всей длине и высаживать проверяя отвесом! Тогда такого безобразия не будет. Я уверен не все пропало, надо выпрямить и зафиксировать, пока ель молодая пойдет в рост в нужном направлении.
Генерал шагнул на газон и потянул елку за ветку, для проверки упругости. Деревце выскочило из сугробика, явив пораженному проверяющему ровный, свежий срез. Ничего не говоря, Слипченко резво бросился к следующей елке и дернул за ствол. Картина повторилась — елка осталась в руке генерала.
" И что же я не прикрутил эти елки к пенькам от засохших", — закручинился Круглов, страдальчески морщась от раздавшегося начальственного возмущенного ора.
Негодующие вопли Слипченко, оскорбленного до глубины души, вскрывшимся обманом подогревали действия членов комиссии, от желания потрафить начальству, повыдергивавших все елки в близлежащем окружении и притащивших их по нос начальству.
"Бурлаков говорил, что президент обещал не беспокоить проверками, через три месяца по плану погрузка, — пригорюнился Круглов. — Да, царь то может и обещал, да холопы не вняли".
Надо ли говорить, что ход незадавшейся с самого начала проверки, свернул с намеченного плана в другую колею "углубленного и более пристального внимания к творящимся в дивизии безобразиям", как сказал, немного успокоившись Слипченко.
На этом беды комдива не закончились. Председатель женсовета дивизии, жена начальника особого отдела Загоруйко, бойкая на язык и беспардонная, как ее муж по своей должности, настойчиво и упорно выносила мозг Круглову, вылавливая его то в кабинете, то на плацу после развода и пытая куда будут выводить дивизию, где будут жить офицеры, в какую школу пойдут их дети.
Круглов и сам бы хотел это знать, но кроме географического названия местности — Северная Осетия и населенного пункта — Владикавказ ничего не было известно. Офицеры-то найдут где жить, не смотря на то, что привыкли в Германии на всем готовеньком. Не снимут, так в казарме перебедуют.
Насчет жилья для семей военнослужащих Круглов не обольщался, если что и построили на выделенные в девяностом году немцами деньги — то в Подмосковье, на Украине и в Белоруссии, но никак не на Северном Кавказе.
Жилье то ладно, а вот найдутся ли места в школах? Или потеснятся, классы уплотнят, пара тысяч детишек офицеров и прапорщиков ерунда? Все-таки город приличный — триста тысяч населения, однако кто его знает как там вопрос со школами и детсадами обстоит.
Комдива больше занимали другие вопросы. Каким образом погрузить, перевезти и куда выгрузить более ста воинских эшелонов с техникой и вооружением, разместить восемь тысяч рядового состава.
Кавказ бурлил, Круглов ежедневно отслеживал ситуацию и боялся, что ввод целой дивизии может быть воспринят местным населением очень недружественно.
"Мне бы съездить туда, пообщаться с руководством республики и города, посмотреть своими глазами".
Не получая никакого вразумительного ответа, председатель женсовета пошла на беспрецедентный шаг.
Комдив, подсластив, расстроенные чувства Слипченко шикарным обедом, накапав, ему и себе для затравки и успокоения, по пять капель французского коньяка, приобрести который в Германии можно было куда легче, чем в России, предложил председателю комиссии проехаться в офицерскую гостиницу и немного отдохнуть после перелета и обеда.
