Я во многом ошибался, в том числе и в отношении Дамиано. В последние дни у нас была возможность больше разговаривать, и он ясно дал понять, что никогда не поставит свои политические цели выше Тебя. Это заставило меня уважать его еще больше. Это также показало мне, что я проецировал на Тебя свои собственные сомнения. Я придумывал все эти внешние причины, по которым мы никогда не могли существовать, но настоящая причина всегда жила внутри меня.
Я не думал, что достаточно хорош для тебя. Я думал, что когда ты узнаешь мою историю и то, кем я был на самом деле, ты больше не захочешь меня. И когда ты сказала, что все еще хочешь… я не поверил. Я был уверен, что это случайность, и что однажды ты проснешься и одумаешься.
Прости меня.
Вот почему я оттолкнул тебя.
Я позволил своему страху руководить мной.
Я обещаю тебе, что больше никогда не позволю страху руководить мной.
Джорджио
Я натягиваю нижнюю губу на зубы. Валентина была права, когда анализировала его. Он начинает понимать. Он видит свои ошибки.
Но достаточно ли этого? Понимает ли он по-настоящему все, что сделал не так?
Что ж, нет смысла оставлять последнее письмо непрочитанным.
Дорогая Мартина,
Прошедшие дни принесли мне ясность. Я был так зол, когда твой брат объявил, что ты приняла предложение Грасси. Я был в ярости на Дамиано, на этого ублюдка Маттео, на тебя, на себя. Я был настолько потерян в этом отчаянном гневе, что не подумал о том, что у тебя могли быть свои причины согласиться на этот брак. Инстинкт подсказывал мне, что ты делаешь это из злости. Я мстительный человек, и я забыл, что Ты совсем не похожа на меня в этом отношении.
Теперь, мне кажется, я лучше понимаю Твои мотивы. Ты любишь своего брата и знаешь, что брак поможет его делу. Я думаю, что Ты хотела принести жертву ради него. Жест твоей любви и преданности.
Мне жаль, что я лишил тебя этой возможности, но мне не жаль, что я разорвал твою помолвку. Маттео никогда не был бы достаточно хорош для тебя. Он приглушил бы твой свет, а я не могу этого допустить. Не тогда, когда я видел, как ярко ты можешь сиять.
Я люблю тебя, Мартина. Назвать тебя своей женой было бы для меня величайшей честью. Но я не должен был пытаться заманить тебя в ловушку, заключив сделку с твоим братом. Мне очень жаль. Ты не тот предмет, за который я могу торговаться, и я обещаю, что никогда больше не буду относиться к тебе так.
Поэтому сейчас я делаю то, что должен был сделать с самого начала.
Выходи за меня замуж, Пикколина. Я прошу тебя, только тебя.
Джорджио
Письмо выпадает у меня из рук, когда в комнату врывается Валентина. — Мартина! Дем только что звонил!
Я поднимаюсь с дивана, сердце замирает в горле. — Что он сказал?
