Когда она расцветает полностью

— Вот мое предложение, — говорит он, проводя пальцами по мокрым волосам. — Мне нужно, чтобы твой отец согласился быть моим временным поставщиком. Моя первоначальная идея состояла в том, чтобы использовать тебя в качестве козыря, но после дальнейших размышлений я обнаружил некоторые недостатки в этом плане.

— Какое облегчение, — бормочу я, сажусь и натягиваю одеяло на голую грудь.

— Если твой отец узнает, что ты у меня, я подозреваю, что он пойдет прямо к Сэлу и потребует вернуть тебя. Сэлу сообщат, что я знаю, что он стоит за похищением Мартины, и он сделает оскорбительный шаг прежде, чем я буду готов ответить.

— По крайней мере, ты не собирался говорить моему отцу, что убьешь меня, если он свяжется с Сэлом.

— Он бы понял, что это блеф. Ты бесполезна для меня мертвая.

— Ты продолжаешь демонстрировать мне, что ты романтик.

Он просовывает руки в рукава рубашки и выгибает бровь. — Я предпочитаю оставить тебя в живых. Что в этом не романтичного?

Я смеюсь. — Так каков твой новый план?

— Мой новый план состоит в том, чтобы подходить к твоему отцу с пряником, а не с кнутом. Скажи мне, твой отец делает много хитов для других людей?

Тот факт, что он думает, что я знаю об этом, заставляет меня закатить глаза.

— Откуда мне знать? Это тема для кабинета моего отца, а не для семейного обеда.

— Ты была замужем за его главным силовиком. Ты говорила с мужем о его работе?

Дерьмо. Я делала его работу за него. Я смотрю на свои руки. — Немного.

— Кто был его мишенью?

Лазаро не приводил всех в подвал. Я не знала, какие у него критерии. Я никогда не спрашивала. Я предполагаю, что это было основано на его настроении и том, думал ли он, что они этого заслуживают. Но из тех, кого я видела…

— В основном клановые соратники, которые украли или пошли против клана. Несколько контактов вне клана, которые вызвали проблемы или не выполнили свои обязательства. Вероятно, члены других нью-йоркских кланов, когда возник какой-то спор.

— Но никогда не случайные попадания, — говорит Дамиано.

— Я бы не сказала никогда. Я имею в виду, я понятия не имею. Но на основании того, что… Лазаро сказал мне, то нет. Он был силовиком, а не наемным киллером.

— Тогда должна быть веская причина, по которой ваш отец согласился на просьбу Сэла. Как ты думаешь, что это может быть, Вэл?

— Не знаю, — говорю я.

Дамиано качает головой. — Думай.

Я прищуриваю на него глаза. — Как ты думаешь, что я делаю?

— Ты слышала или видела что-нибудь необычное? Что-нибудь, что казалось… неправильным?

Память встает на место. Свадебный душ. Тот день кажется вечностью назад, даже если прошло чуть больше месяца.

Я встаю с кровати и натягиваю одежду, а Дамиано пристально смотрит на меня. — Я ничего не видела, но моя сестра… Джемма сказала, что папа усилил их охрану. Что еще она сказала?

— Что насчет твоей сестры? — спрашивает он, когда я одеваюсь.

Вместо ответа я подхожу к окну. Да, в тот день были некоторые странные комментарии. Комментарии, которые мало что значили для меня, но, возможно, они что-то значили для Дамиано, например, то, что Лазаро сказал мне о Мартине, что-то значило для него.

У меня есть чем торговаться. Он решил не говорить моему отцу, что я у него есть, но что мне остается?

Я оборачиваюсь и смягчаю свое выражение лица. — Если я скажу тебе то, что знаю, ты вернешь мне мою свободу?

Его глаза вспыхивают раздраженным весельем. — Ах, мы снова вернулись к этой игре.

— Смогу ли я уйти отсюда?

— Я бы позволил тебе побродить по дому.

— Это не то, что я имела ввиду. Ты позволишь мне уйти?

— Пока нет, — прямо говорит он.

— Почему бы нет?

— Потому что у тебя нет плана. Вероятность того, что тебя поймают люди Сэла, когда ты попытаешься покинуть этот остров, исключительно высока.

— Твой дон не поймал меня, когда я пришла сюда.

— Вероятно, потому, что к тому времени твой отец не активизировал свои поиски и не вызвал подкрепление. Тебе бы не повезло, если бы ты подождала еще день.

— Я рискну.

— Вэл, ты не протянешь и дня.

— Что мне еще делать?

— Оставаться здесь.

— В качестве твоей пленницы? Нет, спасибо.

— Не как моя пленница. Как мой гость. Когда я стану новым доном Казалезе, ты будешь под моей защитой.

Его слова приводят меня в бешенство так быстро, что я не останавливаюсь, чтобы тщательно подобрать слова.

— Только не это. Я прожила всю свою жизнь под защитой могущественного дона. Угадай, что? Это защитило меня от ничего. Я усвоила много важных уроков от своего отца, мой любимый урок: такие люди, как ты, дают обещания, которые не собираются выполнять. Это ложь. Всех без исключения. Я больше никогда не отдам свою жизнь в руки дона.

Я вижу, что моя вспышка неожиданна. Его кожа теряет часть своего цвета, а выражение его лица тускнеет.

— Я не твой отец. Ты не скажешь мне, что он сделал с тобой, но я знаю, что никогда не нарушу обещание, данное своей дочери.

— Это потому, что у тебя еще нет дочери, — возражаю я.

— Нет, но Мартина мне практически дочь, и я сделал все возможное, чтобы обезопасить ее.