– Очень хорошо. Мы должны сделать шаг в правильную сторону.
Он обвел взглядом помещение, установив с каждым из нас краткий зрительный контакт, чтобы убедиться, что мы осознавали всю серьезность того, что должно было произойти. Напряжение всегда было одинаково сильно, вне зависимости от того, в который раз нам предстояло все повторить.
Итак, церемония началась. Уиллоу запеленали так же, как меня и всех прочих, кто уже прошел через перерождение. Тот же коврик. То же одеяло. Все то же самое. Завернутое как буррито, ее тело показалось мне совсем крошечным. Мое сердце болело за Уиллоу. Усилием воли я заставила себя не шевелиться. Уиллоу громко зарыдала, когда ткань опустилась ей на лицо.
– Стойте! Стойте! – кричала она. – Я не смогу. Я передумала! Я передумала!
Игнорируя ее призывы, Абнер принялся давить на спеленатый холмик, отчего Уиллоу зарыдала еще громче. Невзирая на ее протесты, люди обступили Абнера и стали давить на ее тело так же, как давили на всех прочих, с той лишь разницей, что ее тело было слишком маленьким. Как только они не переломали ей кости?
– Мне больно! Вы делаете мне больно! Пожалуйста, хватит! – из-под слоев материи доносились ее исполненные муки вопли.
Мы с Солом отдернули руки. Абнер покачал головой и указал на спеленатое тело.
– Продолжайте. Вы должны продолжать. Не останавливайтесь сейчас, – с этими словами он схватил меня за руку и прижал ее к телу Уиллоу, надавив сверху собственной ладонью. Тщедушная фигурка Уиллоу извивалось под нашим натиском. Абнер отпустил меня и взялся за Сола.
– Мне нечем дышать! Пожалуйста! Мне нечем дышать!
Мне пришлось призвать все свои силы, чтобы удержать руки на месте.
– Стремись к свету! Стремись к свету! – нараспев тянули мы. В этом ритуале мы уже здорово поднаторели. Переход был самой сложной его частью – совсем как настоящие роды.
– Докажи Господу, что ты достойна!
– Помогите!
Ее вопль был столь ужасен, что пробрал меня до костей.
– Пошли прочь от нее! – вскричала я, отталкивая Дэниэла.
Тот схватил меня и повалил наземь, заломав руки мне за спину.
– Они мучают ее. Она хочет, чтобы они прекратили. Я должна помочь ей! – кричала я. – Прошу, я должна помочь ей!
– Все это – часть ее пути. Она прямо сейчас на пороге пробуждения, – произнес Абнер.
Никто не остановился. Я продолжала бороться с Дэниэлом, но тот крепко держал меня, заставляя лицезреть развернувшуюся передо мной сцену с прижатым к полу лицом. Тело Уиллоу безостановочно металось из стороны в сторону, пока все ожидали ее освобождения. Ее крики стали тише и больше походили на всхлипывания. Ее рука все никак не прорывалась сквозь ткань. Время тянулось. Все стали поглядывать на Абнера, замедлив движения, но тот рявкнул, чтобы они не ослабляли натиск. Ритуал продолжался.
Она уже должна была выбраться. Прошло слишком много времени. Почему она не выбралась?
– Если хочешь стать свободной – освободись! Оставь тьму позади.
В его голосе звучала непоколебимая уверенность. Дэниэл медленно поднял меня на ноги. Вместе с собравшимися вокруг Уиллоу я встала, опустив руки. Под слоями материи тело Уиллоу больше не шевелилось. Она больше не издавала никаких звуков. Я прижала ладонь ко рту.
– Разойдитесь, – велел Абнер.
Облегчение нахлынуло на меня с такой силой, что подкосились колени. Наконец-то все было кончено. Хвала Господу.
Мы отступили, пока Абнер распутывал пелены. Уиллоу запуталась в них, буквально затянув материю в узлы. Время, которое потребовалось, чтобы распеленать Уиллоу, показалось мне вечностью, но когда Абнер, наконец, закончил, оказалось, что Уиллоу лежит лицом вниз. Абнер перевернул ее, и тело Уиллоу упало на спину. У нее посинели губы, глаза были широко распахнуты от ужаса и не моргали. Абнер развернул последнее одеяло, откуда выпала, ударившись о землю, запутавшаяся там рука Уиллоу. Абнер нагнулся к Уиллоу, приблизив к ней свое лицо. Мы с Бекой кинулись вперед, расталкивая Абнера и прочих по сторонам.
– Прочь от нее! – завопила я.
Бека упала на колени и приложила голову к губам Уиллоу, в надежде услышать дыхание. Сжав ладонь Уиллоу, я заплакала.
– Пожалуйста, пожалуйста, пусть все будет хорошо.
– Мне кажется, она не дышит, – проговорила Бека.
Сквозь толпу протолкался Икон, оттеснил Беку в сторону и немедленно приступил к выполнению сердечно-легочной реанимации. Время будто остановилось, пока мы наблюдали за ним, ожидая появления любых признаков жизни. Он качал все сильнее и быстрее. Мы с Бекой сплели руки, моля лишь о том, чтобы Уиллоу задышала. Абнер подошел к Икону сзади и положил руку тому на плечо.
– Довольно, – произнес Абнер.
Икон убрал ладони с грудной клетки Уиллоу и остался сидеть на корточках. Я бросилась вперед.
– Не останавливайся! Ты должен продолжать!
Бека тянула меня назад, крепко обхватив руками. Горестный вопль непроизвольно вырвался из моего рта. Икон ухватился за запястье Уиллоу, пытаясь нащупать пульс. Подняв взгляд на Абнера, он покачал головой, а затем закрыл ей глаза.
Абнер возложил свою руку на лоб Уиллоу.
– Господь дал, Господь и взял.
Подскочив, я оттолкнула его от Уиллоу.
