Звенит будильник… Громко звенит, аж весь надулся… Такой напыщенный, что прям смешно… А я вот уткнулся лицом в подушку и смотрю на него одним глазом. Трезвонь, милый, трезвонь… Хоть лопни. Вот не стану вставать и что будешь делать?
Будильник, словно прочитав мои мысли, заревел словно раненный мамонт. Гордый, жестянка ржавая! От дедушки ты мне достался. Тот человек военный был, тренированный. Всегда по первому звонку вставал. Вот ты, колокольчик механический, и возомнил, что весь мир вокруг тебя вертится.
Надоел мне твой перезвон уже. Надо было тебя перевести вчера вечером. Стоишь ты у меня, колотушка безмозглая, как звонок на первую пару. А сегодня четверг… А что у нас четверг? Четверг у нас красный день недели. Ко второй паре в этот день. Мне сегодня вообще надо было на часик позже встать. А вот эта жестянка меня сейчас разбудила. Все, хватит воздух разгонять. С ленью вытянув из-под теплого одеяла руку, я стукнул по гордецу и тот замолчал, обиженно уставившись на меня циферблатом.
Ну а мы, господа присяжные заседатели, продолжаем. Как ни лениться, а придется вставать. Все равно уже толком не засну.
Я сел на кровать и с большим удовольствием потянулся, при этом не удержался и широко зевнул.
Что бы теперь сделать? Еще разок зевнуть? Можно… Даже нужно… А теперь? А вот теперь я оденусь. Ладно, черт с вами, схожу в универ пораньше. Может, кого из знакомых встречу, поболтаю. Торопиться все равно некуда. Так… к черту шлепки домашние, мы сразу на выход оденемся. Приодевшись и пару раз сполоснув собственную физиономию в ванной комнате, я вышел из отсека… Так мы между собой наши четыре комнатки с ванной называем… Глянь, а вот и мой сосед по комнате, Петька. Этот вообще жаворонок, вечно ему удивляюсь, как он умудряется каждый раз до звонка вставать.
– А куда это ты намылился? – спрашивает он меня, а у самого чашка с кофе.
С трудом оторвав взгляд от этого божественного напитка, я что-то мычу про охамевший будильник.
– Оно и видно, – с какой-то странной интонацией говорит Петр и критически окидывает взглядом напяленные на меня берцы, камуфляжные штаны, любимую футболку с викингом и старую добрую «косуху», все назначения клепок и молний на которой не то что он, я сам до конца уяснить не смог.
– Ты про это? – перехватив его взгляд, доезжаю я, – это я просто решил пораньше в универ смотаться…
– Чтобы как обычно на пары не опоздать, – не смог не съехидничать мой собеседник.
– Слушай, я хоть и в анабиозе, но ухо оторвать тебе еще успею, – с кровожадным видом обрезаю нить повествования, порядком устав как от разговора, так и от чуть ли не замогильной жажды кофе. Черт возьми, да я за чашку этого напитка убить готов. И тут же ловлю себя на том, что уже как-то нехорошо поглядываю и на Петьку и на его бокал. Тот, видимо, тоже уловив в моем взгляде что-то нехорошее, быстро ретировался в комнату. Умиротворенно хмыкнув, отправляюсь дальше.
Так… Стол полон… Васька, Сережа, девчонка его, Катька со второго этажа, Сема, Петя, который с третьего… а этого мужика я вообще не знаю… Опять всю ночь бухали. Вот только надеюсь, что моим кофе, как в прошлый раз, не закусывали. Коменданта на вас нет! А чего ему быть-то, раз ему Васька каждую неделю данью пять бутылок водки притаранивает, чтобы тот по ночам спал и ничего не слышал. Но сейчас, по моему, они палку перегнули… Достал свою чашку со злобной надписью «не влезай, убьет» и с надеждой посмотрел в банку с кофе. На мое счастье эти алкоголики оставили там мои запасы.
С радостным гиканьем бросившись на приготовление той субстанции, что способна превратить меня из мороженной котлеты в человека, я даже не сразу услышал злобное хмыканье у себя за спиной. Не услышал даже второго… Лишь когда источник шума потерял терпение и принялся рычать как охрипшая дворняга, я разобрал, что у меня за спиной кто-то стоит. Оборачиваюсь и чуть не теряю челюсть. Во всей своей красе надо мной грозно возвышался сам гроза алкогольных напитков, страж порядка и сна студентов, всесильный хранитель ключей, великий и могучий комендант Петр Илларионович.
– Здравствуйте, товарищ комендант, – говорю ему я, а сам так застенчиво пол ножкой ковыряю.
– Трофимов! – с ходу ревет старый пень, – почему на кухне в обуви?! Старый хрен, нашел к чему привязаться. А вот что у тебя за спиной очередное общество поклонения Бахусу собралось, старательно не замечаешь. Ничего, сейчас я уйду, ты на них собак спустишь.
– Так, я это… Товарищ комендант, в универ собираюсь…
– Сталина на тебя нет, Трофимов. Выселю. Ей Богу, выселю, если еще раз в этих гавнодавах тут появишься!
Ну наконец-то… Нюх коменданта выловил некий весьма привлекательный для него запах, исходивший от стола за его спиной. Подергивая ноздрей, голова коменданта медленно, как башня танка, развернулась. Итак… Нет, хоть я и находился в зоне поражения, пропустить я эти кадры просто не мог… Три, два, один…
– Это еще что такое!!!
