— Это безумие! Мы не в безопасности, мы в ловушке, — продолжала Вера.
— Слушай, хватит мутить воду! Мы все напуганы, слышишь? Ты не одна такая. У тебя есть идеи получше, так предлагай, — оборвала её Катя.
— Паника — худший враг. Нам всем нужно успокоиться, — выдохнул Миха, грозно держа в руках самодельное копьё.
— Бабоньки, всего час потерпите. Мы вон с копьями, замочим всех и вся, в случае чего. Если Князь в одиночку мочил ведьм, то нам пацанам, ничего не стоит надрать им их тощие задницы, — бодро толкнул речь Лысый. Даже очень убедительно, что и мне в какой-то мере стало легче от его слов.
— Значит, днём нам ничего не угрожает? — спросила Вера у шамана, и тот отрицательно покачал головой.
— Не должно. Дом их занят, значит, они зароются в болота и до темна носа не покажут на поверхность. Тала-медведь не сунется под белым светом, под взором Солнца. Не посмеет. Боятся они его гнева. Сожжёт их он, если увидит злодеяния против людей, — ответил Рыг, выбирая себе ещё несколько угольков.
— Ты веришь, что солнце видит их? Солнце — это звезда, — сказала Катя.
— Как знаешь, — ответил Рыг, вернувшись к работе с надписями на стенах.
— Ну, я же не шаманка и в сказки всякие не верю. А вот чудища… они оказывается реальны. Я не знаю. Я запуталась, — схватившись за голову, простонала Катя.
— Веришь или нет, а оно живое, — тихо ответил шаман.
— Рыг, это сложно принимать здравомыслящим людям, — сложив руки на груди, сказала Вера. — Все эти твари, просто персонажи сказки. Народный эпос!
— Ой, да уймись Верочка. Ведь ты сама недавно Куйве собиралась нести дары, не так ли? — вмешался Лысый.
— Это другое. Ты не понимаешь, — она махнула на него рукой и начала нервно рассаживать по избе.
— Прекрати. Пол скрипит, — рявкнула Катя, получив в ответ от Веры многозначительный взгляд и молча плюхнулась на пол.
— А ты что, Джон? — спросил Миха, у молчавшего всё это время у печки на лавке Джона.
— Мне вообще насрать уже. Ведьмы, медведи, один хер… палец мой не вернёшь. И зачем я попёрся с вами в это великое путешествие? Меня едва не трахнула ведьма. Разве этого мало? Как только выйдет солнце, ноги моей здесь не будет, — фыркнул он. Вид у него был отрешённый.
— Ничё, выберемся, будешь в старости байки внукам травить, — подбодрил его Лысый, пытаясь разбавить обстановку. Но, Джон его поддержки не оценил. Смерил недовольным взглядом и отвернулся от нас к печи, что-то неразборчивое бурча себе под нос.
Вдруг, у Веры на часах запищал таймер.
— Пора, — сказала она, окинув всех решительным взглядом.
Как-то быстро прошло время. Но как проверить, точно ли вышло солнце? Видимо, придётся отбиваться в случае чего.
— Так, мужики, берём свои колья, и выставляем вперёд. Готовимся, так сказать, на случай встречи с медведем, — сказал я.
— А нам что делать? — спросила Вера.
— Встаньте за нашими спинами. Рыг, открывай дверь, и сразу в сторону отходи, — глубоко вздохнув, я крепче сжал острую палку в руках.
Как только был сброшен засов, в маленькую щель пробился луч света. Когда дверь распахнулась настежь, мы увидели выходящее из-за горизонта красное солнце. Внутри всё заликовало от радости.
— Так чё, мы реально домой? — спросил Лысый, нарушив благоговейное молчание.
— Что за дебильный вопрос? — фыркнула Катя.
— И перестань уже чёкать, нормальные люди говорят «что», — добавила Вера, протискиваясь вперёд.
Удивлённо подняв брови, Лысый почесал затылок.
— Я просто спросил, — вздохнув, сказал он, — а вы сразу налетели.
— Рыг, что думаешь? Безопасно? — спросил я у шамана, который явно был на стороже.
— У нас нет времени это выяснять, но я думаю да, — ответил он, буквально сканируя пространство строгим тёмным взором. Не таким, каким я видел его до этого. В парне что-то явно изменилось.
— Ты в порядке? — решил спросить на всякий случай я, потому что он будто что-то скрывал, но не говорил нам.
— Да, — коротко ответил он, и глаза его просветлели, будто дым рассеялся.
— Твои глаза… это так странно, — заметил я.
— Я смотрел сверху. Нам ничего не угрожает, — хмуро ответил он. — Идём, пока есть возможность.
Я и Рыг шли впереди, Вера с Катей за нами, за ними Миха и Джон, а всю цепочку замыкал Лысый, который так и не расстался с камерой. Утро было таким красивым, каким-то волшебным даже, что невозможно поверить, какая дичь здесь творилась ночью. Природа дышала свежестью и лёгкостью, очаровывала и завораживала. Каждое дерево казалось живым, что подсознательно возникало желание поздороваться.
— Скажи, что значит, ты смотрел сверху? — спросил я у Рыга, который очень переменился в поведении. Его лицо было каким-то печальным.
Он вздохнул, бросив на меня короткий взгляд.
— Я принял душу-ворона. Это семейное. То, от чего я долго бежал, но мне всё равно было от этого не скрыться. Рано или поздно это произошло бы. А теперь, прощай привычная жизнь, — сказал он, глядя вперёд.
— То есть как? Ты типа можешь смотреть глазами ворона, как в «Игре престолов»? — удивился я.
