Когда погаснут все огни (СИ) полностью

Я посмотрел на свои руки. Они были нормальными, без черноты, без ран. Они слегка светились. Пошевелив пальцами, я заметил, как рассеивается в воздухе это мягкое свечение, исходящее от моего тела. Это мой дух? Душа? Я призрак?

Не важно.

Откуда-то слабым эхом продолжали доноситься голоса друзей, призывающие очнуться. Я зажмурился, намереваясь вернуться в тело.

— Куда собрался? — пронзительно раздался громкий безликий голос.

— Кто ты? — распахнув глаза, спросил я.

— Тот, кому ты должен служить! — рокотом прозвучал ответ.

— Да иди ты в задницу. Слишком много вас, желающих, чтобы я служил. Это видел? — фыркнул я, показывая светящуюся ангельским светом дулю в тёмное пространство. Моя реакция была необдуманной, но максимально искренней.

— Тщеславный идиот, носитель ключа к моей свободе. Скоро ты не будешь таким смелым и наглым. Страх возьмёт своё, и ты упадёшь на колени, умоляя о пощаде! — рявкнуло нечто на меня из тьмы, обдавая могильным холодом.

— А-а-а, так значит, ты тот самый иномирец, что получил по заднице от наших предков? У тебя есть имя? — не ощущая страха, спросил я.

— Скоро… — злобно прорычала оно, сотрясая пространство своим голосом.

— Что скоро? Не видать тебе ничего, кроме своей тюрьмы, слышал?! Сидеть тебе здесь вечность!

— Ты пожалеешь о своих словах. Я вижу тебя насквозь и знаю, чем ты дорожишь. Это я возьму первым. Чтобы прочувствовать все твои эмоции, всю боль. Ты в ловушке, жалкий червяк, — рычала тёмная сущность.

— Рожу свою покажи для ознакомления, а то шипишь из убежища. Самому, небось, страшно, что не сбудутся твои вонючие планы?

— Скоро ты узришь ужас, — прошипело оно, и в густой тьме показались движущиеся острые зубы. Без лица. Просто чёрная масса, наполненная рядами хищных зубов. Мне эта тварь напомнила лангольеров.

— Иди нахрен! Тебе никогда не выбраться! НИКОГДА!!! — закричал что есть мочи в ответ ему. Во мне не было страха, только яркий свет, что распирал меня во все стороны. Мне показалось, что я раздуваюсь как воздушный шар и свечу в этой тьме как прожектор. Вот-вот лопну, как распирает-то!

И, бах! Оглушительный звон стоял в моём сознании, в тот момент, как я очнулся, окружённый изумлёнными взглядами друзей и чахкли. В глазах было мутно, но быстро начало проясняться. Точно пелену сморгнул, и понял, что сейчас я по-настоящему живой. Тело болело, рука каменная, щёки пробиты.

— Слава богу, очнулся! — улыбнулся Лысый, лицо которого я очень рад видеть живым.

— Напугал нас, — сбоку раздался усталый голос жены.

— Вера, — прошептал я, пытаясь встать, но тело было непослушно.

— Осторожнее, — поддержал меня Рыг.

— Где это мы? — спросил я, оглядываясь по сторонам еле двигая онемевшей шеей.

— В городе Чахкли, — улыбнулся шаман, кивнув на тройку маленьких человечков с мисками в руках. Посуда была наполнена водой и какими-то кусками чёрной слизи.

— Что это? — кивнул я, заметив на столике, возле своей лежанки инструменты, больно напоминающие хирургические.

— Они извлекали из тебя язык заражённого сайвок. Он был носителем паразита, что им управлял, — спокойно ответил шаман.

— Паразита, говоришь? — вспомнив злобный разговор из сна, я посмотрел на шамана, собираясь рассказать о своей встрече с древней сущностью.

— Я вижу, ты хочешь о чём-то спросить, — Рыг сдвинул брови на переносице, ожидая от меня ответа, и я ему рассказал обо всём. Он задумчиво тёр подбородок двумя пальцами, и приказал мне вновь лечь на лежанку из травы для осмотра.

— Что-то не так? — взволнованно окинув нас взглядом, спросила Вера.

— Сейчас узнаем, — прошептал шаман, и подозвал к себе чахкли, который передал ему изящную бутылочку с белой, как молоко жидкостью. Затем предупредил меня, что может быть больно, сразу же облил мою каменную руку, и я почувствовал лишь лёгкое жжение.

— Ну, и? Что там? — вопрошал я, глядя, как из камня испаряется жидкость, словно дым.

Шаман внимательно всматривался в него, делая жесты руками, беззвучно двигая губами. Глаза его изменились. Он был в трансе.

— Чисто, — спустя минуту, ответил он с живым взглядом.

— Я так понял, что эта сущность хотела ко мне привязаться, но вы ей отрезали все пути. Но, я не понял, как же так получилось, что мохнорылый был носителем паразита связанного с сущностью, которая по идее сидит под замком? Если эта мерзость хоть на капельку может присутствовать вне тюрьмы, то это очень тревожный признак.

— На, выпей, — вздохнув, шаман подал мне глиняную кружку воды. — Это уже не важно. Нужно отнести кольцо Ябме-акке, и опередить сестёр и сайвок, пока они беды не натворили.

— Думаешь, смогут? Ключ то здесь, — я пошевелил каменной рукой, кивая шаману.

— Я думаю, что они попытаются использовать осколок, — вновь вздохнул шаман.