«Чего так боится Стэнли Поуп?» – гадала она.
Она должна узнать это как можно скорей – до того, как появятся новые жертвы.
Когда на следующее утро Райли разбудила Билла и Люси и рассказала им о своей странной и непонятной встрече с рядовым Поупом, коллеги слушали её с большим вниманием.
Когда она закончила, Билл сказал:
– Нужно выловить этого Поупа и задать ему больше вопросов.
Райли покачала головой.
– Я не хочу этого делать, – сказала она. – По крайней мере, не сейчас.
Билл, казалось, не поверил собственным ушам.
– Почему не хочешь? – воскликнул он. – Сейчас Поуп представляет для нас наибольший интерес! И он уж точно рассказал тебе далеко не всё, что ему известно.
Райли знала, что Билл прав. Она не хотела игнорировать его опасения, но у неё были собственные заботы.
Она сказала:
– С одной стороны, я думаю, что он действительно напуган, и, вероятней всего, у него есть на то всё основания. Если мы станем его допрашивать, он может стать целью.
– Целью для кого? – спросил Билл. – По тому, что нам известно, это его мы ищем.
– Я уверена, что нет, – возразила Райли.
– Откуда ты знаешь? Райли, этот тип напал на тебя! – нетерпеливо воскликнул Билл.
– Он не нападал на меня. Он просто пытался напугать меня. Судя по всему, он усвоил урок. Он просто пытался мне как-то помочь.
Билл застонал.
– Ну, не знаю, не знаю, Райли.
Но чем больше Райли об этом думала, тем больше была уверена в собственной правоте.
Она сказала:
– Для начала я хочу снова побеседовать с группой повышенной подготовки Бартона. Пока мы не будем говорить никому, включая Ларсон, о моей встрече с Поупом вчера вечером.
Она наблюдала, как Билл переваривает её слова и неохотно принимает их. Наконец, он кивнул головой.
Райли выдохнула с облегчением. Ей очень не хотелось спорить со своим напарником на этот счёт. Она в очередной раз почувствовала признательность за его желание следовать её инстинктам, даже когда она не могла объяснить их.
Она посмотрела на Люси, которая до сих пор молчала.
Люси осторожно спросила:
– Так и что нам делать сейчас?
Райли сказала:
– Вернёмся к группе Бартона. Зададим им ещё вопросы.
– Может, опросим их на похоронах Бартона? – спросила Люси.
Билл сказал:
– Нет. Мне сообщили, что вдова не хочет устраивать похорон по военным традициям, так что будут закрытые похороны только для семьи и пары друзей. Если там и будут его коллеги по службе, то совсем немного. Так что нам лучше не отвлекаться от базы.
Какое-то время Райли в задумчивости барабанила пальцами по столу.
– Что ж, тогда прямо сейчас поговорим с этими новобранцами. В их группе есть кто-то, кто что-то от нас скрывает. Я в этом уверена.
Райли сразу же позвонила полковнику Ларсон и попросила организовать встречу. Спустя примерно полчаса они с Биллом и Люси присоединилась к Ларсон и сержанту Мэтьюсу в столовой. Группа повышенной личной подготовки сидела там за столом. Сержант Уильямс объяснил, что у Райли и её коллег появились к ним ещё вопросы.
Райли заметила, что лица молодых людей были заметно более обеспокоены, чем вчера. Они выглядели напуганными. Это неудивительно: теперь, когда у них было целых двадцать четыре часа на мысли о том, что произошло с их коллегой, изначальный шок уступил место целому ряду тёмных, тревожных чувств, включая паранойю, иногда направленную друг на друга.
Райли, Билл, Люси и полковник Ларсон встали перед группой, сержант Мэтьюс занял место неподалёку.
Райли решила перейти сразу к делу.
– Я хочу спросить вас о дедовщине, – сказала она.
По группе пробежал трепет. Райли ощущала удивление, замешательство и тревогу присутствующих.
Один парень сказал:
– Ничего не понимаю. Но ведь жертв застрелили, дедовщина тут ни при чём!
– Или же причём? – спросила девушка.
– Вы нам что-то недоговариваете? – спросил другой парень.
Гвалт продолжался до тех пор, пока сержант Уильямс не дал строгую команду молчать. Сержант сам, казалось, был потрясён словами Райли. Но это и хорошо: последнее, чего хотелось бы Райли, это чтобы солдаты чувствовали себя комфортно, ведь взятые врасплох они более вероятно дадут ей ценную информацию.
Райли продолжала:
– Мне известно, что насилие имеет место. В этом нет ничего необычного. Но я хочу услышать о вашем личном опыте. С вами такое случалось?
Солдаты стали встревоженно переглядываться.
Райли прекрасно понимала, что задала сложный вопрос.
Голос подал сержант Уильямс:
– Со всем уважением, агент Пейдж, но в армии сейчас строгие правила насчёт этого. В наставлении сказано: «Стресс от физических или вербальных оскорблений является непродуктивным, поэтому они категорически запрещены».
Райли пристально посмотрела на него и сказала:
– Вы хотите сказать, что в форте Моват не бывает произвола?
Сержант Уильямс ничего не ответил.
Райли спросила:
– Вы сами издеваетесь над своими солдатами, сержант Уильямс?
Он уставился на неё с видом оскорблённого достоинства, но ничего не сказал.
Какой-то парень выкрикнул:
– Сержант Уильямс никогда не допустил бы такого, мадам! Он следует правилам. И он относится к нам с уважением.
