— Если и дальше будете стоять, как статуи, я позову ребят на помощь.
Злобно глянув на мужчину, я забрала у него камни и раздала девочкам.
— Тут лишний, — вернула я последний камень.
— Он не лишний, — улыбнулся мужчина и протянул кругляш Мэрис.
— Мне? — глупо моргая, спросила девушка.
— Ну, а как же? — главарь подошёл к ней, обворожительно улыбаясь, и бесцеремонно сдвинув ворот дорого платья, вложил камень в отверстие обруча. — Каждая капля магии, что течёт в твоём теле — дорога. Мы не можем раскидываться такими подарками судьбы.
Мэрис, как под гипнозом, лишь согласно кивала и улыбалась.
— Доброй ночи! — сказал мужчина напоследок и, закрыв дверь, ушёл.
— Ну и дура, — протянула Нола. — Кивает головой, как болванчик, а сама такая же невольница.
Только счастливая Мэрис уже легла на кровать и, укрывшись одеялом, не слышала её слов.
— Нам тоже пора ложиться, — тихо сказала я. — Давайте, постелем на пол несколько плащей, а оставшимися укроемся. Девочки, вы ложитесь на кровать, укроетесь одеялом, а мы себе покрывало вместо подушки свернем.
Ещё какое-то время покопавшись, мы устроились на ночлег.
3 января
— Лина, — меня разбудил шёпот Нолы.
Я, потерев глаза тихо спросила:
— Уже пора?
— Нет, ещё глубокая ночь.
Свеча давно погасла, и комната освещалась только огнём из очага. Девушки не спали. Они лежали рядом на полу и смотрели на меня.
— Нам надо бежать, — внезапно для самой себя сказала Нола и испуганно переглянулась с подругой. — Давай, свяжем Мэрис и убежим.
Я привстала на локте и посмотрела в эти, горящие надеждой лица.
— Ну хорошо, — устало согласилась я. — Мы свяжем Мэрис. Дальше что? У двери охрана. Если только вылезти в окно…
Они закивали, а я продолжила шёпотом рассуждать:
— Пешком нельзя, быстро догонят. Значит, надо взять телегу из сарая. Может повезёт и лошадей не распрягали.
Я замолчала, а две пары глаз продолжали сверлить меня.
— Это наш единый шанс на свободу, — прошептала Нола. — Другого не будет. И даже, если нас убьют, то мы хотя бы попытались.
— Мы не можем решать за всех, — прервала её я. — Надо будить девочек и спрашивать их. Если хоть одна будет против, я не буду участвовать и вам не дам. Брать на душу чужую смерть, это тяжкое бремя.
Мы разбудили остальных и Нола вкратце объяснила им наш план. К моему удивлению, девушки, не раздумывая тут же согласились.
В комнату заглянула круглая луна, а мы крались к кровати Мэрис.
Она крепко спала, без следа угрызений совести. Вооружившись простынёй и несколькими платками, мы окружили спящую. Малышка заткнула рот, ничего не успевшей понять Мэрис, а мы связали ей руки и ноги.
Она вырывалась и мычала, но простынь надёжно держала руки, а шерстяной платок ноги.
— Надо положить её на пол, — предложила я. — И для надёжности привязать к ножкам кровати.
Девочки взяли извивающуюся Мэрис и положили на пол так, что со стороны двери было не видно, что на полу кто-то есть.
Пока её привязывали, я подошла к окну и открыла его. Полная луна освещала двор и подъездную дорожку. Тишина.
На этом удача не кончилась. Под нашим окном, располагался козырёк какой-то постройки, а кругом неубранные сугробы снега.
— Девушки, одеваемся и идём, — прошептала я.
Мы накинули дорожные плащи и забрали оставшиеся платки. Первой в окно вылезла я.
Дух авантюризма разбудили во мне эти тихие забитые данницы, которые раньше были похожи на приведения, а теперь несмотря на страх, лезут за мной по хлипкому карнизу.
Козырёк ходил ходуном и грозил в любой момент обрушиться под весом. Я задержала дыхание, пока на карачках ползла по нему. И только спрыгнув в сугроб смогла спокойно выдохнуть.
Следом приземлилась малышка.
— Сарай, — шепнула я и показала нужное направление. Благодаря свету луны, ориентироваться было легче и сарай, стоящий у дороги, я заметила ещё из окна.
Мы дождались остальных и перебежками направились туда, где стояли телеги.
— Ждите у двери, — сказала я. — Если, что, бегите. Меня ждать и спасать не надо! Всем понятно?
— Я с тобой, — упрямо заявила Нола и двинулась вперёд, а мне пришлось её догонять.
Дверь оказалась не заперта, а лошади как будто ждали нас. Взяв одну из них под уздцы, я потянула её в сторону выхода, но противная кляча даже с места не сдвинулась. Я потянула ещё раз, но результат тот же.
— Давай, я, — мягко отодвинув меня, Нола подошла к лошади, и эта упрямая скотина пошла за ней. Вот же зараза!
На улице нетерпеливо ждали девушки. Радостно пискнув, они залезли в телегу. А мы с Нолай, забравшись на облучок, направили лошадь в сторону дороги.
Мягкий снег скрадывал звуки стука копыт по земле. Только тихий скрип старой телеги разносился в ночи.
Мы ехали всё дальше, и никто не останавливал нас, никто не гнался следом.
Свобода пьянила.
— Куда дальше? — спросила я Нолу. Она только растерянно пожала плечами. — Тогда вперёд, — улыбнулась я. — А там, видно будет.
Лошадь бодро шагала по дороге. Старая телега скрипела, навивая сон. Девушки внутри, наверное, уже спали. А я вглядывалась и вслушивалась в ночь.
Полоска неба у горизонта начала светлеть. Скоро рассвет. Мы не останавливаясь ехали всю ночь.