Да, Евгения хорошо знала Татьяну Сергеевну. Соседка не была ни суетливой пенсионеркой, ни синим чулком. О таких людях говорят: надёжный, обстоятельный человек. Среднего роста, довольно стройная, с матовым, слегка бледным цветом лица, с задумчивыми, спокойными глазами, волнистыми белокурыми волосами, она на первый взгляд производила впечатление слабости и беспомощности. Но наблюдая за ней на даче, Евгении казалось, что терпеливее и усерднее этой женщины нет. Её маленькие руки искусно владели то лопатой, то сапкой, то граблями, а в сухую погоду таскали для полива из местного ручья разово по два семилитровых ведра.
– Татьяна Сергеевна, всегда рада вам,– конечно, приходите. Я буду дома после семи вечера.
– Спасибо. Извините. Знаю, что торопитесь на работу. Закрыв за Татьяной Сергеевной дверь, Евгения взглянула на часы. Оставалось час до работы. «Успею». Быстро собралась и вышла из дома.
Что же там внучки Татьяны Сергеевны натворили? Прелестные девочки-двойняшки. Третьеклассницы. Их мать с отцом подались в Европу на заработки. Вот и остались на попечении бабушки. Вряд ли это правильно. Но молодые родители сегодня больше нацелены на создание материальных условий для детей, им не до классических подходов и наставлений в воспитании своих чад. Конечно, такая бабушка, как Татьяна Сергеевна, плохому не научит, и всё же материнское, отцовское слово не заменит.
Татьяна Сергеевна ко всему была ещё и книголюбом с тех времён, когда за хорошим томиком стихов надо было постоять в очереди. Она считала, что бумажные книги читать приятнее, но от интернета сегодня внучек не изолировать.
– Я много видела и немало испытала в жизни, и я приучаю своих внучек не забывать о печатной книге. Они не случайно доверяют ей больше, чем мигающим экранам смартфонов или как там у них называется.
Евгения не раз вступала в спор с соседкой по этому вопросу, считая, что противопоставление электронной и печатной книги не продуктивно. Когда Татьяна Сергеевна заходила с просьбами дать ей почитать какие-нибудь книги из классики, Евгения радовалась за неё, но одновременно несколько раз пыталась рассказать ей и о современных авторах, об электронной книге и запросах времени… Неужто и в этот раз её беспокоит эта проблема?
Вечером Татьяна Сергеевна была пунктуальной. В полвосьмого они сидели вдвоём с Евгенией на кухне за чаем и беседовали.
– Извините, Женечка, что отрываю Вас от дел, но Вы у меня как духовная сестрица. Буквально на днях, мои Маринка и Леночка с недоумением задали мне вопрос: почему я им читала сказку о рыбаке и рыбке одного содержания, а они в интернете – совсем другого, с их слов, нехорошего какого-то, о "торгашах". Женечка, как же это может быть? Вы что-то объяснить можете?
Евгения сразу поняла, что речь идёт о каком-то пошлом "ремейке" на сказку.
– Да, сегодня не редкость прочитать знакомую с детства милую сказку в иной, зачастую чуждой нам, интерпретации. Ныне всё перевирается, переиначивается недобросовестными писаками. К сожалению, мы тонем в беспамятстве не только отечественной истории, но и своих исконных корней, своего детства, того святого, что казалось незыблемым и неприкосновенным.
– Я всегда говорила, что разрыв с традицией – это самый большой наш грех сегодня. Ну, как же не помнить своих корней? – волновалась Татьяна Сергеевна.
– Вы правы, такие ремейки опошляют наше прошлое. Мир разлагают сознательно, а потом с помощью прикормленных нелюдей сметут всё с лица земли. Покуда в нас самих есть свет, до тех пор у нас есть шанс.
– Но почему носители такой бесовщины обласканы этим интернетом? Это же наступление на невинные чистые детские души?!
– Конечно, пересмотр нравственной основы детских сказок – вовсе не невинная забава. Десятки самых известных сказок нашей культуры с помощью конъюнктурных пошлых усилий многих псевдо-писателей извращены и путём компиляции переврались в прикольные бесовские, отнюдь не христианские, комиксы. Это у них Дюймовочка – женщина лёгкого поведения, двенадцать месяцев – наркоманы, «тянущие косяки», дедушка – развратник, живущий с «курой». Я как-то писала об этих «фэнах» и «фикрайтерах» и их «фанфиках», об этом дурновкусии.
– И названий-то себе сколько понапридумали.
– Да это всё с иностранного плеча. Сами понимаете, кому это выгодно. Нашим оппонентам нужны люди, не помнящие родства. Ведь как русский язык страдает от этой похабщины! В той же сказке «Двенадцать месяцев» читаем: "тупая принцесса сбрендила", "дурочка попёрлась в лес", "вправить мозги дурочке", "жили там две садомазахистки", "за корзину подснежников отвалят золота", "пьяный шары залил", "косячком затянись", "нефиг лезть", "заведомо хреново", "шваль" и т.п.
– Господи, мир переворачивается с этим интернетом,– заохала соседка.
