Даже если любовь сбила твой компас, не переставай плыть через свое море…Идеальная история для любителей книг Сары Джио и Люсинды Райли. Семейные тайны, поиск себя и невероятная история любви – все это о романе «Когда поют деревья», герои которого помогут вам услышать свою уникальную мелодию жизни. Это история девушки из маленького рабочего городка, которая не побоялась бросить вызов судьбе ради мечты стать известной художницей.1969 год. Аннализе Манкузо 17 лет. Она живет с бабушкой-итальянкой в бедном провинциальном городе Пейтон-Миллз и мечтает перебраться в Портленд, чтобы осуществить желание матери, погибшей в автокатастрофе.Оказавшись в большом городе, Аннализа знакомится с Томасом Барнсом, студентом престижного университета. Несмотря на вспыхнувшие чувства, она не собирается отказываться от своей мечты стать известной художницей, но неожиданное событие переворачивает ее жизнь с ног на голову.«Это история о безграничной силе любви, умении прощать и проходить через тяжелейшие испытания. Люди не идеальны, но даже в сложных обстоятельствах они учатся жить с открытым сердцем – и этот урок важно усвоить каждому из нас». – Элина Гусева, редактор Wday.ru
Boo Walker
The Singing Trees
Сopyright © 2021 by Lemuel (Boo) Walker
All rights reserved.
This edition is made possible under a license arrangement originating with Amazon Publishing, www.apub.com, in collaboration with Synopsis Literary Agency
Cover Design by Caroline Teagle Johnson
Фото автора на форзаце: © Brandi Morris 2018
Шестидесятисемилетняя Аннализа Манкузо остановилась на верхней ступени крыльца, положив руку в перчатке на обледенелые перила, и затаила дыхание, любуясь сотнями ветряных колокольчиков, которые покачивались на заснеженных ветвях, образуя целый лес поющих деревьев.
Музыкальная подвеска, собранная Аннализой почти полвека назад – самая драгоценная в коллекции ее подруги, – украшала ветку красного дуба, росшего напротив крыльца. Винтажные ключи и серебристые цилиндры окружали золотистый диск маятника, прежде приводившего в движение старинные часы. Хотя маятник и прочие детали подвески появились в саду еще в восьмидесятые, они так стойко пережили удары непогоды, словно попросту застыли во времени.
Все детали музыкальной подвески Аннализа некогда нашла в магазине часовщика, где обустраивала жизнь, прежде чем над головой сгустились тучи. В то время она была честолюбивой восемнадцатилетней девчонкой – ложь, тайные козни и война еще не омрачили ее жизнь, и она не ведала, что ясный день рано или поздно сменяется непроглядной ночью.
В голове у Аннализы промелькнули воспоминания о долгих часах, проведенных на веранде в Бангоре, где она училась у матери водить кисточкой под завораживающий перезвон ветряной подвески, которую они собрали вдвоем из антикварных ложек и серебряных колокольчиков, когда Аннализа была ребенком. Веранда с мольбертом служила одним из редких убежищ от дурного настроения отца. Именно здесь Аннализа впервые узнала об исцеляющей силе послушных ветру музыкальных подвесок.
В тишину понемногу вкрался шорох из глубины леса, похожий на монотонный шепот, с приближением становившийся все громче. Прелые листья, устилавшие землю, взметнулись и закружились в воздухе. Налетел колючий зимний ветер, и музыкальные подвески заплясали в бешеном танце.
Аннализу пробрала дрожь. Закрыв глаза, она прислушалась к разносившейся в воздухе симфонии. Прошлое окутало ее шалью и сдавило змеиным кольцом.
Когда ветер стих, она прогнала давно отравлявшие жизнь мысли и, ежась от холода, взглянула на подвески. Аннализа выросла в Мэне, и когда-то холод был ей нипочем, но с годами она утратила согревавшее в юности тепло и понимала, что лучше не откладывать дело в долгий ящик. Оставалось надеяться, что подъем по лестнице окажется ей по плечу.
Спустившись с крыльца, она пересекла пестревший островками снега двор и зашла под садовый навес, где возле компрессора для листьев стояла прислоненная к стене раздвижная лестница.
«Раньше эта затея нравилась мне больше», – подумала Аннализа. Может, не стоило так опрометчиво бросаться выполнять просьбу умиравшей в нескольких милях отсюда подруги? Ради того, чтобы привыкнуть называть Эмму подругой, Аннализе пришлось сделать над собой огромное усилие, но теперь это слово легко слетало с языка и не вызывало внутреннего протеста.
А начиналось все именно с этой ветряной подвески.
– Тебе будет не трудно взобраться по лестнице? – спросила Эмма, понимая, что ее просьба сопряжена с определенной опасностью.
– Ты еще спрашиваешь! – с усмешкой отмахнулась Аннализа. – Думаешь, я напрасно четыре года переплачивала за уроки хореографии? Теперь взберусь даже на шпиль собора Непорочного Зачатия.
Эмма невольно улыбнулась.
– Шутница…
