Предоставив достаточно времени, чтобы каждый из присутствующих успел прочесть письмо, Флорес закрыл его и вернул фотографии.
Райли указала на фотографию молодой азиатки.
– Теперь Констанция Йо. Её нашли повешенной в собственном доме в столице двенадцатого ноября прошлого года. Также предполагается, что это суицид. Также алпразолам в организме.
Дальше она ткнула в фотографию улыбающегося парня.
– Это Кирк Фаррелл, застрелился в своём доме в Атланте двенадцатого ноября. Считают, что это суицид.
Наконец, она указала на последнюю фотографию.
– А это Лоис Пеннингтон, была найдена в гараже собственного дома в прошлое воскресенье. Ещё одно предполагаемое самоубийство.
Райли окинула взглядом все фотографии.
– Ах да, забыла упомянуть, что все эти молодые люди на момент смерти считались студентами Колледжа Бярс – школы, в которой учится лишь семьсот человек. Сэм, не мог бы ты показать нам статистику?
Сэм Флорес открыл таблицу со статистическими данными, которые подготовила Райли.
Она сказала:
– Судя по всему, уровень самоубийств в Колледже Бярс в девяносто шесть раз выше нормы по стране. Думаю, пора перестать называть их самоубийствами. В Бярсе происходит что-то смертельно опасное. Мы должны начать расследование.
Волдер закатил глаза.
– Это смешно. Я разговаривал с деканом колледжа, Уиллисом Отри. Он убедил меня, что в школе не происходит ничего предосудительного. Думаю, нам стоит позвонить ему прямо сейчас. Он может прояснить всё, и мы сможем наконец выбросить всю эту чепуху из головы и перестать впустую тратить время агентства.
Райли кивнула.
– Отлично, – сказала она.
– Флорес, набери Отри, – скомандовал Волдер. – Включи громкую связь.
Сэм Флорес сделал звонок. Трубку взял секретарь Отри и быстро соединил бюро с самим Отри.
– Уиллис Отри слушает.
Волдер самоуверенно ухмыльнулся.
– Декан Отри, говорит ответственный специальный агент Карл Волдер, ФБР. Мы вчера разговаривали с вами по телефону.
Отри рассмеялся.
– Ах да, о той изрядно помешавшейся даме, которая явилась сюда нелегально. Какое несчастье. Надеюсь, вы всё для неё прояснили.
Затем он добавил с хриплым смешком:
– Я бы сказал, ей не помешала бы хорошая взбучка.
Волдер кинул взгляд на Райли и покраснел.
– Что ж, так уж получается, что я всё ещё пытаюсь уладить этот вопрос, – сказал он. – Понимаете, она до сих пор полагает…
Отри перебил его.
– Мне казалось, что я всё объяснил вам во время нашего предыдущего разговора – три самоубийства за один учебный год – это необычно, но не невероятно.
Волдер побледнел. Он не знал, что сказать.
Райли прочистила горло.
– Декан Отри, говорит изрядно помешавшаяся дама. Три самоубийства могли бы сойти за выброс. Но вам прекрасно известно, что в последние несколько месяцев произошли ещё два суицида. Любопытно, что вы не сочли нужным упомянуть о них. Пять самоубийств за год, из них четыре через повешение – вряд ли это можно считать выбросом.
Повисло молчание, вслед за которым Отри произнёс с запинкой:
– Прошу меня извинить, у меня срочная встреча.
Отри повесил трубку.
У Волдера отпала челюсть.
Какое-то время он не мог заговорить.
Наконец, он пробормотал:
– Это безумие. Вы обвиняете в убийстве – но кого? Кто ваши подозреваемые? Декан Колледжа? Его персонал? Семья Уэбберов? В этом нет ни капли логики.
Никто из группы ничего не ответил. Все ждали проявления здравого смысла от того, кто считается здесь старшим.
Волдер поднял руки и сказал:
– С меня довольно. У меня есть и другие дела, которым я должен уделить внимание. Мередит, примите решение самостоятельно. Что бы вы ни решили, не оплошайте. И держите агента Пейдж на коротком поводке.
Он встал и выскочил из комнаты.
Спустя мгновение Мередит обвёл взглядом всех присутствующих.
– Что ж, – сказал он сухо, – кажется, нам пора приниматься за работу.
Все рассмеялись. У Райли потеплело на сердце. Ей было приятно знать, что, в конце концов, на её стороне есть хорошие люди.
Когда Волдер вышел, всем в комнате стало легче дышать. Но Райли сказала себе не расслабляться: её ждала срочная работа.
– Это ваше дело, агент Пейдж, – сказал Мередит. – Теперь вы за него ответственны. Откуда начнём?
Райли окинула взглядом все пять отзывчивых лиц.
– Я открыта для идей, – сказала она. – Есть идеи?
Глубокие, тёмные глаза Люси Варгас чуть не искрились от возбуждения.
– Я бы сказала, что начать следует со лжи, – предложила она. – Мы только что услышали, как Уиллис Отри пытался уклониться от правды. И конгрессвумен Уэббер солгала агенту Пейдж. Вопрос зачем? Что они пытаются скрыть?
Крейг Хуанг нахмурился в задумчивости.
– Отри мне не кажется убийцей, – сказал он. – Просто шестёрка в управлении, стережёт репутацию школы.
– Или прикрывает кого-то, – добавила Люси. – Как и семья Уэбберов. Возможно, жертвы узнали что-то опасное, что-то, что Уэбберы не хотели предавать огласке. Настолько опасное, что за это можно было и убить. И тогда они наняли кого-то – профессионала, который сделал так, чтобы смерти выглядели как самоубийства.
Крейг Хуанг покачал головой.
