У Вана Роффа отпала челюсть.
– Боже, да кому оно не знакомо?
– Я пытаюсь связаться с ним.
Лицо Вана побледнело.
– Агент Пейдж, я ничего не знаю об этом.
– Это очень важно.
– Я в этом не сомневаюсь, но…
– Но что?
Теперь Ван был обеспокоен.
– Агент Пейдж, знаете вы это или нет, но ваша дружба, связь или что бы то ни было между вами с Цепным Шейном, уже стала легендой в ФБР. Все говорят, что это опасно. Они считают, что вы сумасшедшая, что связались с ним. Все боятся его – боятся по-настоящему. Всё, что мне о нём известно, пугает меня до смерти.
Райли была поражена. Ван был не из тех, кого можно было легко напугать – нарушать правила ему даже нравилось.
– Ван, я просто хочу, чтобы ты нашёл его. Я не прошу тебя лично с ним связываться.
Ван покачал головой.
– Я понимаю. Но суть не в этом. Агент Пейдж, вы мне нравитесь. Мне нравится работать с вами. Чёрт, да я восхищаюсь вами! Но когда вы играете с Хэтчером, вы играете с огнём. Я не стану участвовать в этом ради вашей же безопасности.
Райли с трудом могла поверить собственным ушам.
«Много же тебе понадобилось времени, чтобы стать дисциплинированным», – подумала она.
Но она не сказала это вслух.
– Ван, почему бы тебе просто не…
– Нет. Это моё окончательное слово, просто нет. Это слишком, даже для меня. Послушайте, я собираюсь отключиться. И забыть о том, что мы даже разговаривали. Если кто-нибудь спросит меня об этом, я буду всё отрицать. И вам лучше делать то же.
Ван Рофф закончил разговор.
Какое-то время Райли сидела, уставившись в экран компьютера и чувствуя себя ужасно одиноко.
Она допила стакан и налила себе ещё.
Райли снова была в темноте, глубокой темноте обширного гаража. Она слышала, как звук её собственных шагов эхом отражается в темноте.
Она знала, что будет дальше, – по крайней мере, ей так казалось.
Она вот-вот увидит одну из жертв, висящую под лучами света в окружении семейных фотографий в рамках.
Но вместо этого посреди темноты показалась деревенская хижина.
Она сразу же узнала это место.
Это была хижина её отца в горах Аппалачи.
Передняя дверь медленно открылась.
Оттуда вышел суровый на вид мужчина, одетый в полную униформу морского пехотинца.
То был отец Райли. Она удивилась, увидев его в форме – разве он не ушёл на пенсию много лет назад?
Тут она поняла…
…ведь её отец умер в прошлом октябре.
Он пошёл прочь от дома, направляясь в окружающую его темноту, не глядя на Райли.
– Папа, – крикнула Райли.
Он остановился, но так и не взглянул на неё.
– Я думала, ты мёртв, – сказала Райли.
– Так и есть, – прорычал отец. – Поэтому я и ухожу.
Он указал на хижину.
– Теперь это твой дом, – сказал он. – Я оставил его тебе. И тебе уже давно пора позаботиться о нём.
Райли вспомнила: папа действительно указал в завещании, что оставляет ей хижину. Она не знала, почему. Её не связывало с этим местом ничего, кроме горьких воспоминаний. Она даже ни разу не была там с тех пор, как он умер. Она не знала, почему он не оставил хижину её старшей сестре.
– Ты должен был оставить её Венди, – сказала Райли.
– Вот, что тебя беспокоит? – спросил папа.
Райли не знала, что сказать. На самом деле, она много лет не видела Венди. Однажды она говорила с ней по телефону вскоре после того, как умер их отец, но разговор был не очень приятным.
