Волею судьбы Эбби Барлоу, наша обычная современница, призвана стать хранительницей хрупкого равновесия между Светом и Тьмой, и ее бессмертным покровителем отныне будет Данте, могущественный воин Тьмы.Эбби не желает выполнять возложенную на нее высокую миссию, даже не верит в мистику.А Данте влюбляется в нее со всей силой страсти и рискует своим бессмертием не во имя долга, но во имя любви…
Пронзительный крик разорвал тишину ночи. Он заполнил просторные покои и гулко разнесся по сводчатым коридорам. Слуги, находившиеся на нижнем этаже замка, зажали уши, чтобы не слышать этот дикий визг. Даже закаленные в боях воины, отдыхавшие в казармах, осенили себя крестным знамением.
Герцог Гренвилл, расхаживавший по библиотеке в южной башне, помрачнел, услышав крики. В отличие от слуг и воинов он не стал креститься, поскольку знал, что это не спасет от сил зла.
Зло уже свершилось. Оно вторглось в дом и коснулось герцога своим зловонным дыханием.
Существовал только один способ спасения — нужно было безжалостно вырвать корни зла, отравлявшие все вокруг.
Спрятав свое изуродованное лицо под капюшоном плаща, герцог расправил широкие плечи. «Терпение, — сказал он себе, — только терпение». Скоро настанет фаза луны, необходимая для завершения обряда. Ребенок, которого он отдал ведьмам в качестве жертвы, станет их драгоценной Чашей, и тогда страдания герцога наконец-то прекратятся.
Он подошел к стрельчатому окну, из которого открывался вид на живописные окрестности. Вдалеке мерцали огни. Герцога бросило в дрожь. Там находился Лондон, рассадник зла, грязная клоака человеческих пороков.
Из убогих борделей Лондона исходило тлетворное зло, каравшее людей за грехи, и вот оно добралось и до герцога.
Гренвилл сжал кулаки. Он был обычным благочестивым человеком, которому сопутствовала удача — награда за добродетели, но мерзкая болезнь поразила и его.
Именно поэтому он разрешил язычникам явиться в свое поместье. Они привели с собой существо, которое сейчас находилось в темнице его замка. Язычники обещали излечить герцога, избавить Гренвилла от чумы, медленно отнимавшей у него жизнь. Единственной платой за спасение была его дочь.
«О Боже, Эбби, не паникуй… Главное, не паникуй…»
Тяжело дыша, Эбби Барлоу прижала руки к груди.
Ну хорошо, она разбила вазу, разбила вдребезги, без надежды на восстановление. Одним словом, уничтожила ее. Ну и что? Подумаешь, какая-то ваза. Это еще не конец света.
Эбби поморщилась. Это была не простая ваза. Уникальная, бесценная. Такие редкости обычно хранят в музеях. О подобных вазах мечтают коллекционеры. Короче, жуть…
Эбби вновь охватила паника. Она понимала, что разбила бесценную китайскую фарфоровую вазу династии Мин. А что, если из-за этого Эбби потеряет работу? Черт подери, каждый раз, когда она переступала порог шикарного особняка, расположенного в предместьях Чикаго, ей казалось, что она вступает в царство теней.
И все же Эбби боялась потерять место компаньонки в доме Селены Лассаль. Работа была непыльной, а плата за нее — вполне приличной.
Меньше всего на свете Эбби хотелось снова попасть на биржу труда, которую осаждали безработные.
А что, если ей придется возместить стоимость разбитой вазы?
Даже если она была куплена за полцены на распродаже в местном антикварном магазине, Эбби придется работать лет десять, чтобы скопить необходимую сумму. Конечно, можно предположить, что это была дешевая подделка… Однако на это мало надежды.
Эбби била сильная дрожь, голова шла кругом.
Из этой ситуации был только один разумный выход. Скрыть следы преступления.
Оглядевшись по сторонам, Эбби убедилась, что находится в просторном вестибюле одна, быстро присела на корточки и собрала осколки с гладкого мраморного пола.
Вряд ли кто-нибудь заметит исчезновение вазы, успокаивала она себя, чувствуя, как гулко стучит у нее в висках кровь. Селена всегда была затворницей, но в последнее время она совсем отгородилась от внешнего мира. Если бы она не потребовала приготовить отвратительное зелье из трав, которое всегда пила с огромным удовольствием, Эбби решила бы, что ее хозяйка внезапно покинула город, не известив об этом свою компаньонку.
Вряд ли Селена будет проводить инвентаризацию безделушек, которыми наполнен ее дом.
Эбби нужно только тщательно убрать следы преступления, и тогда никто ни о чем не догадается. Никогда.
— Так, так… Никак не ожидал увидеть вас на карачках, любовь моя. Какая соблазнительная поза! Она так будит фантазию, — раздался вдруг насмешливый мужской голос.
Эбби зажмурилась, затаив дыхание. Ее сглазили или прокляли! Чем еще можно объяснить бесконечную цепь обрушившихся на нее напастей?
Она продолжала сидеть на корточках, повернувшись спиной к гостю Селены, Данте, крайне неприятному человеку, раздражавшему Эбби постоянными колкостями. Она как будто надеялась, что Данте рассеется, как дым, или исчезнет, провалившись сквозь землю. Ведь существуют же такие явления, как землетрясения, черные дыры и смерчи.
Но чуда не произошло.
К сожалению, земля не разверзлась под ногами Данте и не поглотила его, датчики противопожарной системы тоже не подали сигнал тревоги. Эбби чувствовала на себе пристальный взгляд Данте.
Собравшись с мужеством, она медленно повернулась, стараясь закрыть собой осколки, валявшиеся на полу. Этот человек в последнее время отравлял ее существование.
