Райли застонала.
– Клеится? Ты что, шутишь? Ничего у нас не клеится.
– Почему же? Ты думаешь, ты ему не нравишься?
Райли покраснела ещё больше.
– Нет, не думаю.
– И уж точно он нравится тебе. Так в чём проблема?
У Райли закипел мозг.
– А ты думаешь, нет проблемы? У него свой ресторан, а я гоняюсь за убийцами. Если бы он знал хотя бы половину того, что происходит у меня в жизни, он бы умер от страха. Эприл украли прямо из дома её отца. Разве можно его винить за то, что он будет бояться, что с ним произойдёт то же? Да он сразу переедет в другой район!
– Ты в этом так уверена?
Райли не ответила. Она избегала обсуждать с Блейном свою работу. Возможно, напрасно.
– Тебе не кажется, что мы сменили тему? – спросила она. – Мы же говорили об Эприл.
– Может быть, мы всё ещё говорим о ней, – сказал Майк. – Ты действительно думаешь, что у тебя появится больше проблем с дочерью, если в твоей жизни появится хороший мужчина? Учитывая, насколько сильно, по твоим словам, она ненавидит своего отца, она может сильно обрадоваться.
Райли снова замолчала. Майк дал ей много пищи для размышлений.
В этот момент у неё завибрировал телефон. Она увидела, что звонит Билл.
– Я должна ответить, – сказала она Майку.
Майк кивнул. Райли подняла трубку и вышла в коридор.
– Что случилось? – спросила она.
– Нашли Миру Киган, – сказал Билл. – Она бежала из плена.
У Райли быстрей забилось сердце.
– И? – поторопила она его. – Почему у тебя такой мрачный голос?
На другом конце провода последовала долгая пауза. Наконец, Билл сказал:
– Её сбила машина.
Подъехав к больнице в Ольмане, Райли сразу же забежала внутрь. Билл уже был здесь: он ходил взад и вперёд по комнате ожидания.
– Она жива? – спросила Райли. – Она в себе?
– Это всё, что мне известно, – сказал Билл. – Они ещё не разрешали мне войти к ней.
– Как её нашли? – спросила Райли.
Билл покачал головой, как будто не веря собственным словам.
– Это всё было очень странно, – сказал он. – Кто-то подвёз её сюда – прямо к выходу больницы. Но кто бы то ни был, он тут же уехал.
– Ты думаешь, это был тот же человек, кто её сбил?
– Видимо, так. Люси Варгас сейчас проверяет камеры наблюдения. Вскоре мы узнаем об этом больше. Пойдём, давай узнаем, нельзя ли с ней поговорить.
Билл повёл Райли по коридору к комнате, около которой стояло двое полицейских. Их встретила строгого вида женщина в белом халате; её бейджик гласил «Доктор Лея Пресслер».
– Можно с ней сейчас поговорить? – спросил Билл доктора.
– Если бы я могла решать, ответ был бы – нет, – ответила доктор Пресслер. – Она слаба и здоровье её очень хрупкое. Но она сказала, что хочет поговорить. Она очень на этом настаивает.
Доктор Пресслер проводила Билла и Райли в палату. С койки на них впалыми глазами посмотрела Мира Киган. Она была очень худая и бледная, отчего её рыжие волосы и веснушки казались особенно яркими, как будто то были парик и макияж.
Одна нога у неё была загипсована, а к телу вели многочисленные трубки капельниц, которые восстанавливали жидкость в организме. Она выглядела так, будто прошла все круги ада. Но она хотя бы была жива. И, несмотря на всю свою худобу и изнурённость, она была далека до истощения первых трёх жертв.
– Вы из ФБР? – спросила она усталым скрипучим голосом. Райли тут же заметила её ирландский акцент. Она вспомнила, что девушка – иммигрантка из Ирландии.
Она сказала:
– Меня зовут агент Райли Пейдж, а это агент Билл Джеффрис.
Райли села в кресло рядом с пациенткой, Билл и доктор остались стоять.
– Я могу называть тебя Мирой? – спросила Райли мягко.
– Конечно, – ответила девушка, слабо улыбнувшись.
– Что ты помнишь?
На лице Миры Киган отразилось усилие.
– Мужчина – он вырубил меня, когда я пыталась помочь ему починить машину. Я не уверена, когда это было.
– Пять дней назад, – сказала Райли успокаивающе.
– Так я и думала. Ещё я помню подвал. Я была в клетке с тремя девочками, всех их морили голодом. Он держал нас там, почти не давал еды и воды. Он убил одну из девочек. Сломал ей шею.
Её голос задрожал. Райли знала, что сейчас она заново переживает ужас того момента. Райли ласково погладила её по руке.
– Расскажи мне всё, что помнишь о подвале.
– Он… В нём было полно часов. Всевозможные часы. Их сотни. Но все они за решёткой, – она сделала паузу, а потом мягко продолжила: – Мы не могли выбраться из-за решётки… мы не могли выбраться… – её голос оборвался.
Райли посмотрела на Билла, а он на неё. Они оба думали об одном и том же: реальны ли часы, или же девушка всего лишь бредит?
– Опиши мне мужчину, который вас держал? – спросила Райли.
Девушка начала дрожать всем телом.
– Он… Он был… Я не могу.
Райли поняла: девушка подавляла воспоминания о своём похитителе. Может быть, она сможет вспомнить, как он выглядел, позже.
– Всё нормально, – сказала Райли. – Как ты бежала?
На лице девушки отразилось смятение.
– Не знаю. Последнее, что я помню, это как часы били и звонили, а он бил нас кнутом, а потом бил себя. Он часто это делал, бил себя и нас. А потом - я уже здесь. Я не помню ничего о том, как я здесь оказалась.
– Ты как-то от него бежала.
