На мне грязный камуфляж с пятнышками крови на рукавах, а дядька в мятом светлом костюме. Видок так себе, не презентабельный. Но он усмехнулся:
– Со мной пустят. Поехали.
Через сорок минут остановились возле солидного ресторана рядом с домом дядьки. Охранники, которые знали Андрея Ивановича, молча пропустили нас внутрь, и мы сели за столик. Сделали заказ: борщ, жареное мясо, соусы, салаты и соки. На стол накрыли быстро, и, поглощая отменно приготовленные блюда, я позабыл обо всём. Но родственник напомнил, что скоро случится.
– Ванька, – отодвигая пустые тарелки, обратился он.
– Чего? – Я посмотрел на него.
– Только представь себе: это ведь последний спокойный вечер, и, возможно, больше мы никогда не окажемся в ресторане. Скоро всё закончится. На улицах трупы, переполненные морги и больницы, безнадёга и никакой надежды на спасение. Что станет с людьми? Они озвереют и станут подобны животным. Одни – мясо. Другие – хищники.
На миг я перестал жевать и посмотрел в зал. Солидные люди и красивые женщины ели, пили вино и вели неспешные разговоры. Но скоро всё это накроется медным тазом и они, словно крысы с тонущего корабля, побегут из столицы. А мы в это время будем далеко и станем наблюдать за ними по телевизору или через Интернет.
Представив нарисованную дядькой страшную картину, я вздрогнул. По коже побежали мурашки, а короткие волосы на затылке зашевелились. Помрачневшему родственнику, судя по всему, тоже стало не по себе.
Я тряхнул головой, прогнал видение и снова уткнулся в тарелку, уже без всякого аппетита доедая мясо. Короче говоря, настроение себе и мне дядька подпортил.
После плотного ужина мы приехали к Андрею Ивановичу и стали готовиться к походу. То есть чистили оружие, подгоняли разгрузки и составляли список того, чего нам не хватает.
На Москву опустилась ночь, и столица затихла. Все нормальные люди заснули, но генерал-майор Валерий Аркадьевич Голиков не спал. Он уже был в курсе того, что правительство покидает столицу, а вслед за президентом и министрами готовятся к отъезду люди рангом ниже. Драгоценное время уходило, и генерал ФСБ, подтянутый брюнет в строгом мундире, нервными шагами ходил по кабинету и ждал звонка от своего подчинённого. В отличие от большинства коллег, которые были намерены и дальше оставаться в системе, дабы выполнять приказы, он решил соскочить. К чертям собачьим службу государеву! Хватит! Надо подумать о себе и найти безопасное место, о котором никто не будет знать.
Варианты у генерала имелись. Но только что подвернулся ещё один, более интересный, и Голиков нервничал. Ему не хотелось прятаться в пещерах Урала, на безлюдных северных островах или в заброшенном подмосковном подвале, который требовал ремонта. Ведь он, как и многие люди его уровня, уже привык к комфорту. Поэтому, узнав о бункере депутата Аскерова, который несколько лет назад находился у него в разработке, Голиков сразу понял: это именно то, что нужно. Правда, до сих пор точно неизвестно, где бункер находится. Но разве это проблема для настоящего генерала? Конечно же нет. Достаточно отдать приказ, и подчинённые добудут необходимую информацию.
На мгновение остановившись, Голиков покосился на портрет президента, который висел на стене, и ему показалось, что глаза первого человека в государстве наблюдают за ним.
«Нервы лечить надо, а то мерещится всякая чепуха». Генерал тряхнул головой, а затем подмигнул Верховному главнокомандующему, усмехнулся и посмотрел на телефон.
– Где этот Иваньков? – сам себе под нос пробурчал он. – Совсем мышей не ловит…
Генерал отвернулся и хотел подойти к окну, но именно в этот момент наконец-то затрезвонил телефон.
– Голиков на проводе, – поднял трубку генерал и услышал голос полковника Иванькова, личного порученца:
– Валерий Аркадьевич, есть результат. Я узнал координаты бункера, который Аскеров у военных выкупил.
– Ну и где он?
Как вы и сказали, в Ненецком автономном округе. Северная часть Тиманского кряжа. Есть точные координаты и даже схемы бункера. Разумеется, старые, того, что успели построить вояки.
Генерал задумался. Быть или не быть? Вот в чём вопрос. Всё, как у принца датского Гамлета. С той лишь существенной разницей, что иноземного аристократа волновали вопросы совести и чести, а генерала – более приземлённые и вполне конкретные вещи. Решаться на операцию по уничтожению Аскерова и его группировки или лучше договориться с ним, провести своих людей в бункер и уже на месте зачистить тех, кто опасен? Как необходимо поступить? Вопросы более чем серьёзные…
– Товарищ генерал… Валерий Аркадьевич… – Голос Иванькова вернул Голикова в реальность, и он ответил:
– Да. Я слушаю.
– Так чего делать будем? Жду приказаний.
– Ибрагимов далеко от тебя?
– Рядом.
– Возьми все материалы по бункеру и группировке Аскерова – и ко мне. Оба. Спецназу – готовность номер один.
– Слушаюсь.
Иваньков отключился, и генерал, положив трубку, потёр ладони:
– В конце концов, живём один раз, и концы надо обрубать сразу.
