Это жестокий роман. Здесь едва ли найдется место романтическим чувствам. (Хотя чего только не случается с задумкой автора в процессе ее претворения в жизнь) Только страсть, отчаяние, предательство, боль. Самые низкие инстинкты. Здесь нет главных героев - у меня не повернется язык охарактеризовать так действующих персонажей. В их поступках мало героического. Они живут так, как могут. Совершают поступки простив своей воли, идя на поводу у эгоистичных желаний. Хотя Она знает, что делает ошибки. Страдает и причиняет боль близким. Но не может противостоять неведомой силе, захватившей ее. А Он... Что же, Он берет только то, что хочет. Банальный адюльтер перечеркивает Ее жизнь. Выворачивает все наизнанку. Но без Него ее существование лишено смысла. Она угасает в череде будней. Без Нее Его жизнь была полной и яркой. Во всяком случае, он так считал. Но эта женщина по какой-то причине задевает его за живое. Он не верит в любовь, он ее презирает. Он истязает Ее и прекрасно это осознает. Но даже когда проходит время, понимает, что не может оставить Ее в покое. Однако это не просто секс, страсть, наваждение. Все гораздо запутаннее. Обоих отношения ведут к краю пропасти. Стоит сделать еще один маленький шаг и этот вдох станет последним.
Когда птицы молчат.
Автор: Птичка певчая.
Жанр: современный любовный роман.
Возрастное ограничение: 18+
Ссылка на произведение:
И когда друг друга проклинали
В страсти, раскаленной добела,
Оба мы еще не понимали,
Как земля для двух людей мала…
Анна Ахматова.
Я держусь руками за край стола. Пальцы сводит от напряжения. Одной рукой он задирает на мне юбку, придавив к столешнице своим телом. Второй сжимает грудь. Пальцы грубо задевают сосок и я стону, как шлюха.
Я ненавижу этого мужчину. Так сильно, что готова убить. Так сильно, что хочу его смерти, мучений, страданий. Но его прикосновения зажигают внутри огонь, такой сильный, что все плывет перед глазами и, если он не коснется меня там, я умру.
Трусики резко спускают вниз по бедрам и он мгновенно входит. Я кричу от радости и злости, что он так долго лишал меня этого удовольствия, что заставил забыть о собственной гордости, что берет меня именно так, без нежности, без ласки и мне это нравится. Ненавижу!
Он двигается быстро и жестко, не щадя ни меня, ни себя. Там, глубоко внутри, разрастается желание, разливается по телу сладострастной волной.
Он наклоняется к моей шее и проводит губами. Электрический разряд от этого прикосновения мгновенно пронзает тело, отдаваясь во всех моих эрогенных зонах. Только он умеет так делать. Сволочь!
Он отстраняется и меняет угол проникновения. Я – агония. Я – безрассудная животная страсть. Я – голод и пустота. Я – ничто в его руках. А он для меня- вся вселенная, потому что только от его движений зависит моя жизнь. Только с ним я по-настоящему живу.
Его властная ладонь ложится мне на поясницу, и я чувствую ее жар сквозь ткань пиджака, который все еще на мне. Он надавливает, заставляя меня не вилять задом, не двигаться ему навстречу. Он хочет контролировать все от начала до конца. Господи, как же мне этого не хватало!
Мой оргазм близко. Тело вибрирует, как струна. Напряжение сковывает мышцы. Он рычит за моей спиной, вбиваясь в меня, оставляя следы от цепких пальцев на белой коже. Позже я буду рассматривать их и беречь, словно драгоценное сокровище. Я буду плакать, когда они станут бледнее и вовсе исчезнут. Иногда знаки на моем тело – единственное напоминание о нем. И втайне я рада им.
Пружина скручивается, все энергия в моем теле скапливается лишь в одном месте. Там, где он входит в меня, там, где я хочу его чувствовать каждую секунду своей гребаной проклятой жизни.
Я хочу вернуть себе власть над собственным телом, над моей душой. Но он не дает мне. И я не понимаю, почему.
Я плачу оттого, что он держит меня на краю. На краю удовольствия. На краю безумия.
Его член становится еще более напряженным, я знаю, что и он близок к разрядке. Но если захочет, в этом состоянии он будет держать нас обоих столько, сколько ему будет угодно. Однако в этот раз он решает быть милосердным.
Кончи. Я разрешаю.
Его хриплый голос бьет по моим нервам, удовольствие переливается через край и пружина внизу живота резко распрямляется. Оргазм накрывает и захватывает, как торнадо. Я несусь в его потоках неведомо куда. Я кричу. С ним я всегда кричу.
Он делает последние сильные движения и идет следом за мной. Теперь мы оба в этом круговороте. И нам никак не выбраться из него. Никак... Не выбраться…
За несколько месяцев до …
Глава 1
Мы опоздаем!
Дай мне еще несколько минут, я уже почти закончила.
Нам еще Женю завозить к бабушке.
Мы все успеем.
Я уже одета, на мне черное обтягивающее платье, минимум украшений – не люблю бижутерию, а на настоящие пока не заработали. Последний штрих в макияже и я готова.
Хватаю пакет с вещами для Жени, одеваю плащ. Мой муж в костюме. Этого требует мероприятие. Мы идем на званый вечер, его недавно повысили, и это открыло для него те двери, которые еще вчера были наглухо заперты.
Женя, ты уже готова?
Да мама, только куклу возьму.
Моей дочери скоро пять. Она умница и мой свет в окошке. Я люблю ее больше жизни.
Обуваю высокие шпильки. Последний взгляд в зеркало – я все еще хороша, несмотря на возраст, переваливший за 30. Светлые волосы контрастируют с черным платьем до колен, ноги стали будто бы стройнее. Не зря голодала последние 2 недели.
Мы выходим и идем к нашей машине.
Бабушка встречает Женю с радостью. Она ее любит, потому что больше ей не на кого направить это чувство. Ее муж умер давно, живет она сама. Хотя одиночество не характеризуется только отсутствием кого-то рядом. Уж я-то знаю, что в толпе друзей, в кругу семьи все-равно можно быть невыносимо одинокой.
Новое положение, которое последует за должностью мужа, меня нисколько не радует.
Наши друзья иногда претендуют на статус «выше среднего класса», хватаются за его мнимые выгоды, хотя по сути, никто из них не достиг той грани, которую так небрежно переступили люди, с которыми мы сейчас встретимся.
Мой муж работает в сфере информационных технологий. Я ничего в этом не смыслю. Неинтересно даже. Но у него хорошо получается.
Я смотрю в окно на мелькающие огни. Все так привычно. Несмотря на званый ужин, внутри нет никакого волнения. Жизнь давно перестала меня удивлять. Она просто течет, как миллионы других жизней.
