Его величество явно успокоился и даже намерился идти в сторону личных покоев. Раз никакой путаницы с претендентами не произошло, то можно было и об отдыхе думать. Вот только не понравилось королю, что секретарь от последнего вопроса еще больше побледнел.
— Вайленд? Что ты мямлишь? — правитель все же развернулся в сторону своих апартаментов. — Отчего в списке появился новый жених?
— Он… заявил о намерениях принять участие в отборе… в последний момент. А министр…
— Хм, поспешил передать мне список, как окончательный, так?
— О, да. Так и было…
— И кто же этот нерешительный и сомневающийся претендент, который дотянул до последнего?
Королевское раздражение окончательно улеглось, и Его величество действительно зашагал к себе. Секретарь поплелся за королем, все так же тараща глаза и продолжая прижимать к груди лист бумаги.
— На этого жениха есть досье, так полагаю?..
— Э… разумеется.
— Его глава тайной канцелярии успел проверить?
— Э… этот лорд настолько нам всем известен, что…
— Кто он по титулу? Отвечайте коротко и четко! — король продолжил сыпать вопросами, но вид имел при этом несколько отстраненный.
— Герцог.
— Род занятий?
— Военный.
— Военный? — монарх нахмурился.
Секретарь, как ни всматривался, затаив дыхание, в лицо Его величества, не мог понять, что за дума заставила монаршие брови сойтись на переносице. А вот про себя он точно знал, что язык непременно задеревенеет, когда придет момент произнести «лорд Северин Ноймен, герцог Кастинский, генерал армии, друг и советник короля Спартокса». Ох, что тогда будет!
— Военный… Это, пожалуй, хорошо!
Неужели, Его величество удовлетворился такой информацией? Чудеса!
— Человек, привыкший к субординации, он же вперед принцев в зал не войдет, правильно?
Вот такой странный вопрос прозвучал от короля. И секретарь не понял, кому тот предназначался.
— А это значит… Пойду-ка я уже отдыхать!
И Его величество прибавил шаг в направлении своих королевских покоев.
— Но!… Но список?! — Вайленд от такой неожиданности как прирос к полу. — Тут такое дело… Этот генерал…
— Пустое! — отмахнулся монарх. — Подумаешь…еще один жених, еще одна строчка! Ступайте спать, Вайленд…
На следующее день венценосный отец встретился со своей дочерью за завтраком. Для утренней трапезы была выбрана малая, цвета чайной розы, столовая зала. Все происходило тихо, мирно, по-домашнему — только они двое по дальним сторонам девятиметрового стола. Только особо приближенные слуги бесшумно скользили все больше за их спинами, осуществляя смену блюд.
— Как спалось? — спросил король, окидывая принцессу любящим отцовским взглядом.
И успел подметить некоторую бледность дочери. Но, как бы ни необходимость, разве бы стал так волновать свою кровинку, надумал бы отдать ее какому-то там чужому типу? Ни за что! Пусть бы еще пожила во дворце, рядом с ним. Вот только тучи над Хаджи висели уже давно, а теперь еще сгустились. Н-да! Началось все с тех пор, как возник конфликт со Спартоксом. Потом была короткая война… поражение…
Разве не прав он, что хотел уберечь дочь от расправы? Тот ненавистный генерал, чье имя даже произносить не просто не хотелось, а язык не поворачивался, всем был известен, как непримиримый гонитель ведьм. Да что там доклады агентов, этот лорд Вершитель сам много раз прилюдно выступал с обвинительной речью против носителей ведьминого природного дара, называя их «темной напастью» и «проклятьем человеческого рода». И еще клялся во всеуслышание, что намерен искоренить «злое семя» на всей подвластной Спартоксу территории. Клялся!
А теперь, что? Хаджи, некоторым образом, оказалось зависимо от Спартокса. И надо же было случиться, судьбе устроить пересечение жизненных путей этого упертого человека и его дочери. Как так? Отчего? За что? Ведь его милая Адала ничего плохого не творила, а лишь стремилась всегда помогать ближним. Она их лечила! Скольких на ноги поставила своими снадобьями. В помощи никому не отказывала. Будто не было известно, что перед малыми западными вратами дворцовой обводной стены вечно стояла очередь из простых людей, страждущих помощи принцессы! Но нет, попалась жестокому Вершителю на глаза его девочка. Не верилось, что могла сделать что-то не угодное богам, но тот лорд посчитал теперь Адалу чуть ни личным врагом.
— Моя ночь прошла… вполне сносно, отец. Но вот скажите, Ваше величество, к чему было затевать… сборище женихов в стенах дворца? Смотрите, как нам хорошо и покойно вдвоем!.. Но нет, объявили Отбор, и теперь пропадет устоявшийся порядок и тишина. Кругом возникнет мельтешение и суета.
